Лишь матовое золото с овальной площадкой. Выполненные чёрной ручкой штрихи в данном случае мастерски передали красоту и одновременную простоту выполненной на площадке гравировки. Герб Империи в виде двуглавого орла, а под ним щит с вязью тончайших дубовых листов на окантовке. А поверх всего одна единственная буква.

Первая буква фамилии старого рода.

«Р».

Глава 17

— Ваше сиятельство?

Сидящий за своим столом Григорий Распутин поднял голову, оторвав взгляд от лежащих на столе перед ним отчетов глав отделений, и посмотрел на своего секретаря, которая заглянула к нему в кабинет.

— Что такое, Вера?

— Простите, что отвлекаю, ваше сиятельство, но к вам посетитель, — извиняющимся тоном произнесла она, заметив, как нахмурилось лицо графа.

— Посетитель? — Григорий даже растерялся на несколько секунд, так как хорошо помнил свой график встреч на сегодняшний день. Дальше у него был запланирован обычный обход, после которого ближайшая встреча будет только в пять часов с главой хирургического. А сейчас, если память его не подводила, должно было быть свободное окно. — Вера, поправь меня, если я ошибаюсь, но разве…

— Нет-нет, ваше сиятельство, он приехал только что и…

— Да господи боже, милочка, отойди уже, — пробасил из-за её спины знакомый голос, и Григорий обречённо вздохнул.

— Пусти его, Вер. Раз уж он решил приехать, то проще будет выслушать.

— Конечно, ваше сиятельство, — женщина мило улыбнулась и тут же отошла в сторону.

— Ну наконец-то, — довольно фыркнул вошедший в кабинет Распутина Уваров и закрыл за собой дверь. — Ты где эту мегеру нашёл?

— Полегче, Василий, — пригрозил другу Григорий, закрывая папку и убирая её в сторону.

— Вообще-то это мои слова, — тут же усмехнулся Уваров. — Полегче… Ага, как же. Я тут старого друга навещаю, граф, вообще-то… А она мне «не положено» и «его сиятельство занят и сейчас не принимает». Боже, да у этой женщины решительности на троих хватит.

— Потому она тут и работает, — Распутин встал из-за стола и снял свой докторский халат со спинки кресла. — Она не только моя правая рука, но ещё и барьер на пути нежелательных гостей.

Услышав это, Уваров тут же с подозрением прищурился на хозяина кабинета.

— Это с каких это пор я стал нежелательным гостем?

— С тех пор, как у меня дома закончились запасы марочного французского коньяка? — предположил Григорий, на что Уваров лишь рассмеялся.

— Ну, тут, конечно, ты меня подловил…

— Вась, пожалуйста, скажи, почему? — попросил его Григорий. — Ты ведь можешь его ящиками заказывать. Но почему именно мой?

— Дело не в деньгах, Гриша. Просто чужой вкуснее, — улыбнулся Уваров, а затем обратил внимание на то, что Распутин явно собирается покинуть кабинет.