Наша ферма выглядела так странно, когда я сегодня туда вернулась. Там совсем пусто и тихо – прямо какая-то ферма-призрак, дом с привидениями.

Будь завтра там, Типс. Пожалуйста, будь там. Это твой последний шанс.

Пятница, 31 декабря 1943 г.

Я ни за что не хочу ещё раз пережить такой день, как сегодня. Наверное, я с самого начала знала, что мы никого не найдём. Слишком много людей искали – я знала, что это её только напугает, так и получилось. Если бы пошли только мы с Барри, и мама, и дедушка, то, может, мы бы её и нашли. Нас Типс знает.

Миссис Блумфелд не виновата.

Она просто старалась помочь, и поехала, и рассказала всем, что Типс пропала, и привела с собой чуть не всю деревню. Она была там уже на рассвете, организовывала поиски. И янки пришли, целые десятки янки. Ади и Гарри показали им все места, где искать. Они обшарили всю ферму: каждый хлев, каждый ящик для корма, каждый уголок каждого поля, всё-всё вдоль ручья. Забрались даже в рощу, где растут голубые подснежники, и в заброшенный карьер. Я ходила с ними и всё время пыталась убедить их искать потише, просто смотреть, а не звать – но без толку. Было слышно, как они бродят по всей ферме, звенят в жестянки, зовут Типс, стараются приманить её в дом.

Всё утро моросило, а днём с моря пришёл туман, прополз по полям и накрыл всю ферму, так что ничего не стало видно даже за пару шагов. Дальше искать уже не имело смысла. Тогда мы начали прислушиваться, но и слушать было нечего. Даже вороны молчали. Кажется, я то и дело плакала, а часы шли, и надежда пропадала. Барри всё повторял и повторял: «Я уверен, что мы её найдём рано или поздно», и в конце концов я разозлилась и наорала на него, а зря.

Он всего лишь пытался меня подбодрить, сделать мне приятное. Вот в этом-то и беда: он всегда старается быть приятным. Дядя Джордж взял и заявил, что моя кошка – просто кошка и я могу завести другую; и уж это мне совсем не помогло.

Уже почти стемнело, когда один из янки, с полосками сверху вниз на рукаве, сказал, что ему очень жаль, но у них приказ освободить всё это место прямо сейчас и нам пора уходить. Ади подошёл ко мне и дал какую-то шоколадку.

– Батончик «Херши», – сказал он. – От него тебе чуть полегчает. И ты ж брось волноваться, Лили.

Я ж обещать ничего не обещаю, но если эта твоя кошка-старушка ещё живёт где-то тут, мы ж её найдём, рано или поздно. Вот прям можешь мне поверить. Так что волноваться нечего, Лили, чесслово.

Потом солдаты натянули за нами колючую проволоку и отрезали нас от дома и Типс. Я смотрела на них и обещала себе, что вернусь и найду её, – так я и сделаю. Я отдала Барри половину батончика «Херши», чтобы извиниться, что так гадко себя с ним вела, и мы съели его ещё до того, как вернулись к дяде Джорджу.