Наверное, дядя Джордж ведёт себя с нами чуть-чуть заносчиво, потому что он мамин старший брат. Он всё повторяет, что папе не надо было уходить на войну и оставлять маму одну-одинёшеньку. Я тоже так думаю, но мне не нравится, когда это говорит дядя Джордж. И вообще-то она не одна. У неё есть дедушка, и я тоже.

Мама говорит, мне надо быть с ним очень терпеливой, потому что дядя Джордж холостяк, то есть всю жизнь прожил сам по себе, и оттого он такой неряшливый и не особенно умеет ладить с людьми. А ещё он похож на пугало, когда не носит форму отряда местной самообороны.

В форме он выглядит очень довольным собой. Дедушка говорит, что дядя Джордж не больно-то много делает в отряде самообороны, просто сидит на наблюдательном посту на холме. Они вроде как должны высматривать вражеские корабли и самолёты, но дедушка ворчит, что там только курят и чешут языками.

Я уже скучаю по своей комнате. Моя спальня здесь не только холодная, но и очень маленькая, немного похожая на чулан – и этот чулан мне приходится делить с мамой. Барри живёт с дедушкой. Только так и получилось всех нас разместить. У нас с мамой и кровать одна на двоих, но это мне даже нравится.

Мы будем спать в обнимку. Она меня согреет! Стола у меня тоже нет, поэтому я пишу, сидя на кровати и держа дневник на коленях.

Если бы Типс была здесь, со мной. Я скучаю по ней и очень за неё волнуюсь. Она убежала, когда все пришли к нам выносить мебель. Я звала и звала, но она не вернулась. Я изо всех сил стараюсь не беспокоиться. Мама говорит, она просто убежала и бродит где-нибудь и вернётся, когда в доме снова станет тихо. Мама уверена, что Типс будет дома, когда мы придём завтра забирать скот, и всё повторяет: есть ещё три дня до того, как ферму закроют.

Но я не перестаю думать, что потом нас не пустят туда ещё полгода или даже дольше. Что, если завтра Типс там не будет? Что, если у нас не получится её найти?

Барри счастливей прежнего, потому что теперь можно работать с двумя фермерами и двумя тракторами. Но самое удивительное, что дедушка тоже рад. Я думала, он сильно расстроится, когда мы уедем из дома. Я была рядом, когда он запирал дверь и клал ключ в карман жилета. Он постоял несколько минут, задрав голову и глядя на дом, и даже попытался улыбнуться.

Но ничего не сказал, просто взял нас с Барри за руки, и мы все пошли прочь, не оглядываясь. Дедушка сразу же почувствовал себя как дома на кухне дяди Джорджа. Он уже складывает ноги на плиту, и видно, что дяде Джорджу это не нравится. Но дедушка намного старше, так что придётся дяде Джорджу как-то с этим смириться, так?

Ах да, я забыла. Сегодня днём Ади познакомил меня со своим другом Гарри, когда они вместе выносили наш кухонный стол. Гарри тоже из Атланты и тоже чернокожий, как Ади.