По своему мирному населению. Думаете, наш тыл удержится в таком состоянии? Все ведь висит на волоске. Чуть больший нажим…

– У тебя есть сведения, что немцы применят химическое оружие? – спросил комиссар."

"– Да. Более того, они его уже применили. И в результате вышли к Москве не в ноябре, а в сентябре. Просто потому, что паника в вашем тылу все смела и снесла. Города, которые вы обороняли бы при другом раскладе до конца, теперь сдавались после первого же обстрела.

– Почему я не знаю об этом? – спросил комиссар. – Что значит – немцы вышли к Москве в сентябре? Ведь…

– Он сейчас будет говорить о времени, – тихо сказал Евграф Павлович.

– О развилке во времени, – сказал Севка и понял, что оказался в центре внимания. – Ну, произошло такое событие, которое повлияло на ход истории… И возникла параллельная линия времени…

– Ну-ну, – подбодрил его Орлов.

– И он, похоже, имеет в виду, что наше время, наша линия, может… – Севка задумался на секунду, подбирая нужное слово. – Исчезнуть. Погибнуть.

– Что значит – наше время может погибнуть? – спросил Евграф Павлович.

– Паф! – Орлов изобразил руками взрыв.

 – Исчезнуть. Испариться. И те из вас, кто уцелеет в новом течении времени, даже не вспомнят, что было иначе. Не было иначе, и все тут. Понимаете?

– Нет.

– Что вам непонятно?

– То, что может произойти вот это «паф!», я могу себе представить. – Комиссар потер ладонью щеку. – Но я совершенно не могу себе представить, почему ты нам все это рассказываешь? Сейчас – пятнадцатое октября. Немцев нет на окраинах Москвы. Они не применяют газ. Значит, ничего не произошло. Не состоялось это событие, способное повлиять… Не так?

– Так.

И не так одновременно. Время… Сева немного все упростил. Да, происходит событие и возникает развилка. Да, появляется другая линия времени, но она не замещает обычную, она существует одновременно с ней. Но не навсегда. Есть точка, с которой еще можно вернуться и исправить. Отменить то самое событие. Только после того, как она пройдена, и остается единственный вариант событий. Только после того. Третьего августа этого года некий командир батареи реактивных минометов получил возможность нанести по немцам удар газовыми снарядами, снаряженными люизитом. Четыре установки одним залпом создают зону смертельного заражения площадью в двенадцать гектаров. Он выстрелит трижды. А за сутки перед этим его подчиненный организует – организовал – пробку на железнодорожной магистрали. На станции перед поврежденным мостом скопилось несколько сотен составов – десятки тысяч людей. Потери немцев составили – составят – около трех тысяч убитых, до пятнадцати тысяч раненых. Из них почти половина станут инвалидами.