Войдя к ней в комнату, он развалился в широком кресле, положив ногу на ногу, и сказал:

– Сейчас, милашка, мы отправимся в аэропорт и вместе полетим в Петербург. Парень будет у нас, – он кивнул на притихшего Олежку. – Пикнешь – и никто больше не поможет твоему сыну. Одной капли вещества вот из этого маленького шприца будет вполне достаточно. Никто и не поймет, что случилось. Спит себе мальчонка и спит. Только ты будешь знать, что он никогда не проснется.

Мужчина говорил на чистейшем русском языке, показывая оцепеневшей от ужаса жене Варяга Шприц с синеватой жидкостью.

Светлана согласно кивала «прилизанному» и с ужасом пыталась понять, что происходит, чего хочет от нее этот мерзкий тип.

Молодой сотрудник службы иммиграции в американском аэропорту так внимательно разглядывал поддельные паспорта на имя Ковалева Михаила Сергеевича и его жены, что у Светланы зародилась надежда. А вдруг догадается?.. Вдруг заметит?.. Вдруг прочитает в ее глазах отчаяние и боль? Возьмет – и задержит… Просто так… Вдруг?

Но тут же отбросила эту мысль: Олежка, которого усыпили каким-то препаратом, лежал на руках у сопровождающего ее мужчины.

Импровизированный муж тоже был русским.

Все они, сколько их там – двое или трое одетых в черное мужчин с незапоминающимися лицами, – были русскими. И летели они сейчас не куда-нибудь, а в родную матушку-Россию, куда Светлана давно хотела попасть, по которой соскучилась. Но не так ей хотелось возвращаться домой. Не под дулом пистолета (вернее, под иголкой шприца с ядом).

– Что с мальчиком? – поинтересовался наконец юный чиновник.

– Спит, – отозвалась Светлана и дрогнувшим голосом пояснила: – Устал.

Тот понимающе кивнул, привычно спросил про оружие, наркотики, потом, проставив штамп, вернул паспорт и потерял к Светлане интерес, переведя взгляд на следующего пассажира.

Идя вслед за своим мучителем, Светлана боялась одного – что не выдержит и закричит прямо в лицо всем этим благополучным американцам: «Помогите, люди! Они похитили нас! Они хотят нас убить! Они могут убить моего мальчика!!!» С трудом понимая, что происходит вокруг, думая лишь об одном, Светлана не заметила, как оказалась в самолете.

Восьмичасовой перелет прошел как в бреду. От страха за сына Светлана почти ничего не замечала. Но в машине, которая встретила их в Шереметьево, она услышала разговор, который, с одной стороны, немного успокоил ее, а с другой – еще больше встревожил.

Во-первых, она поняла, что люди, укравшие ее и сына, – военные. Один из охранников обратился к сидевшему на переднем сиденье «мерседеса» мужчине, назвав его подполковником. За что был немедленно награжден яростным взглядом.