Иду к своей замершей рядом машине, но так до нее и не добираюсь, надолго влипая в объяснения. Ведь это именно я звонила в службу спасения! И это мой бампер изувечил тот самый джип, который теперь преспокойненько удалился с места происшествия! В отличие от меня, дуры любопытной! Вот ведь…

* * *Надо работать. Повторяю это себе как мантру уже второй час. Еще вчера решила: сегодня, прямо с утра сажусь и начинаю писать. Начинаю писа-а-ать! Начина-а-аю…

Как же не хочется!

Надо бы взять себя за шкирку, но голова забита чем угодно, только не мыслями о работе. А как писать, если думаешь совершенно о другом? В итоге начатый было текст так и не продвигается ни на строчку. А я все не могу избавиться от видения — серые, словно промытые изнутри яростью глаза на окровавленном лице. И звук — хрип, который вырывается из его горла. По ощущениям — предсмертный…

Хотя полицейские, которые не слезают с меня второй день, все стараясь выпытать у меня еще какие-то им одним ведомые подробности, уверяют, что мужик тот пока что жив. Правда упорно пребывает без сознания, так что одна надежда на меня — ведь я все видела. И как я не пытаюсь объяснить, что все (а точнее кое-что) видеть и «все знать» — две большие одесские разницы, они меня словно не слышат. Наверно, это называется чутьем. Ведь про ключ я им так ничего и не говорю…

Телевизионщики увлеченно мусолят в новостях вчерашнее событие. Еще бы! Перестрелка. Порше. В И-нете тоже прописали. Здесь обо всем поподробнее. Узнаю, что мужик из Порша — какой-то бизнесмен. А зовут его Егор Стрельников. Стрельников — Застрельников… Такая вот подходящая к случаю фамилия…

Читаю дальше. Все больше версии — кому этот самый Стрельников так сильно мог дорожку перейти. Но эти гадания на кофейной гуще, естественно, ни к чему толковому не приводят. Интерес к происшествию закономерно затихает. Для всех кроме меня. Я ведь уже успела себе напридумывать всяких страстей! Вот иду я по темной улице, или выхожу из лифта возле своей квартиры, и тот самый мужик, который стрелял по Поршу, и которого я спугнула, сказав «Эй!», тычет мне пистолетом в бок.

Возникает за спиной и тычет, сволочь!

Воображение у меня хорошее. Страшно. Но дни идут. Мужик не появляется. Джип, номера которого запомнил кто-то более внимательный, чем я, оказывается в угоне. Концы в воду. Страховая, которой еще предстоит заплатить денежки за ремонт моего бампера, в тоске. А жизнь… Жизнь опять сбавляет темп и медленно волочется по привычным рельсам, уныло погромыхивая на стыках…

Действительно что ли начать пить антидепрессанты?..

* * *Работать не могу. Сидеть дома тоже уже нет никакой возможности. Куда б податься? Машина в ремонте, а в общественном транспорте я ездить не могу. Нервы — ни к черту. Как зажмут, плохо становится.