– Мне придется доказывать ему свою состоятельность и способность заплатить за долбаные, необоснованно дорогие устрицы, которые гораздо дешевле, например, в рыбном ресторанчике на набережной. Короче, ты облажался, Ванечка, решив таким способом наказать меня за то, что брыкаюсь.

– Ага, то есть ты признаешь, что специально это делаешь.

– Что именно? – она хмурится, и ей не нравится, что ее поймали на чем-то, о чем она еще сама не в курсе.

– Провоцируешь меня. Делаешь назло. Противостоишь чисто из вредности, – перечисляю все варианты названий одного и того же поведения.

Ася шумно со злостью выдыхает.

– Да пошел ты!

Резко развернувшись, она шагает в нужную мне сторону.

– Не переходи тут, нам сейчас сворачивать, – корректирую ее траекторию, идя за ней следом.

– Отвали!

– Правее, Ася.

– Пошел в жо… – начинает она, резко тормознув и повернувшись ко мне. Мои брови выжидающе взлетают вверх, и я улыбаюсь.

– Закончишь, или озвучить, что я могу предложить тебе по этому поводу?

– Ты! – выкрикивает она, привлекая внимание немногочисленных прохожих. Быстро оценив обстановку, подходит ко мне вплотную и тычет пальцем мне в грудь, понизив голос: – Ты раздражающий, напыщенный придурок, который сам не может определиться, что ему нужно! Ты постоянно держишь меня на коротком поводке.

Как собачонку, которую можно подтянуть к себе, когда становится скучно. Как ручного клоуна, который развлекает тебя всякий раз, когда тебя топит уныние собственной правильной, взрослой жизни.

– Да, Ась, – соглашаюсь я, схватив ее за талию и впечатав в свое тело. – Ты права. Не во всем, конечно, но в некоторых вещах точно. – Она открывает и закрывает рот, как будто хочет что-то сказать, но мое согласие лишило ее дара речи.

 – Я придурок, без сомнений. Я держал тебя на коротком поводке. Виновен. И да, ты раскрашиваешь мою унылую взрослую жизнь своими яркими красками. Ты как взрыв Skittles, как радуга посреди ночи, как яркое солнце. И за это я люблю тебя. За твои драные джинсы, надетые в ресторан, за то, что постоянно провоцируешь меня, за твою капризность, за твою мудрость не по годам. За то, что ты оказалась умнее и мудрее меня, хоть я и старше.  – Прижимаюсь к ее лбу своим и легонько кручу головой, чтобы кончики наших носов потирались друг о друга. – Прости меня. Я много лажал. Ты тоже не сахар, хоть и сладкая, но я хочу тебя всю со всеми твоими закидонами. С воровством собак, полицией, побитым капотом, твоими выходками и истериками. Потому что ты идеально мне подходишь. Я хочу, чтобы ты каждый день просыпалась и видела море, которое так любишь. Чтобы мы проводили тихие совместные завтраки, касаясь друг друга, разговаривая только взглядами.