Не думаю, что ошибусь, сказав, что это война на уничтожение.

– Как это случилось, ваше величество? – наконец озвучил общий вопрос Каментер.

– Врата были открыты добровольной жертвой потомка Элаты и Эриу. Мы знали его как Аэлара Филидэля, посла их величеств Титании и Оберона при Неблагом Дворе.

Что любопытно, после этих слов я не заметила удивления ни на одном лице. Не любили на Зимней территории сказочного дипломата… интуитивно, что ли?..

– Это… неожиданные новости, – вступил в разговор лорд Саглэйл. Тот самый, что на недавнем малом совете пытался оправдать красношапных.

Ну и, конечно же Тионг, кто бы сомневался!

– Как могло получиться, что Печати не выдержали? Вы же так сосредоточенно над ними работали, ваше величество. И вы, и королева.

“Ты лажанул”, не прозвучало вслух, но было понятно всем присутствующим. Между прочим, тогда стоило и Благих Плетущих помянуть, справедливости ради. А на самом деле, эта тема сейчас вообще неуместна. Но Тионг есть Тионг.

– Король достойно выполнял свой долг, – внезапно ответила ему прекрасная дева, показавшаяся мне олицетворением самой зимы. Ослепительно белые одежды, прозрачная до голубизны кожа, блекло-голубые глаза… Черные украшения в белых волосах сверкали как ртутные капли. Ее низкий, почти мужской голос поземкой прошелестел по залу.

Каким-то внутренним чутьем – или новым знанием, пришедшим ко мне вместе с королевским статусом, – я поняла, что это не просто дивная леди.

Туате-де-данан. Одна из тех, кто действительно имел право так называться. Одна из тех, кто первыми появились в этом мире.

Старая настолько, что ее возраст вызывал уважение даже у дивного народа.

– Сакральная жертва – это не то, чему его величество мог противопоставить свое мастерство Плетущего. Более того, лорд Тионг, если принести правильную жертву в правильном месте и правильной… сущности, то можно покончить даже с таким явлением, как Дикая Охота. Не говоря уже о замках на Бездне. И вряд ли вам неизвестно это.

Повелитель этой самой Охоты лишь склонил голову:

– Не мне спорить с мудростью первой из первых. Вы, как всегда, правы, леди Хаорин.

По ее бледным губам скользнула легкая усмешка.

– Ваша молодая, горячая кровь диктует вам быстрые решения, лорд Тионг. Я знаю, что вы не всегда ее слушаете, и рада этому. И признательна за жест уважения.

Тот расшаркался в ответ, и тема виновности Кэйра в том, что случился трындец, больше не всплывала.

В каком-то смысле я жалела об этом. Предотвращенная, неслучившаяся, неуместная склока могла отвлечь от ужаса, накрывавшего меня все больше и больше – по мере осознания случившегося. По мере осознания собственной ответственности за будущее. Королевской ответственности.