Как я сумела оборвать это все? Откуда взялись силы? И как смогла затащить взрослого мужика на туманную дорожку, замерцавшую перед глазами?..

Я всхлипнула, не удержавшись, и Кэйр погладил меня по волосам, зашептал:

– Ну все, все уже хорошо, маленькая моя… Ты спасла меня. Все хорошо!

– Ан-н-и-ан-н… Ом-м-м-ал-ан-н… – раздалось за спиной. Будто колокол, в который вселился нежный женский голос. – Он-н-а-ин-л-л… Ан-н-и-ан-н…

Оглянувшись на странные звуки, я офигела, иначе не скажешь. Нож уже вышел из тела Благого короля – в груди оставался лишь кончик лезвия. А Титания так и не касалась рукояти, лишь медленно поднимала ладони… Нож с грохотом покатился по камню.

– Ом-м-м-ал-ил-л… Ан-н-и-ан-н…

– Тани… – вплелся в колокольный перезвон сиплый, почти неузнаваемый голос Оберона.

Мой король выдохнул и осторожно отстранил меня.

Колокол смолк, и Благая королева легла на плиту рядом с мужем. Ну а мы бросились к ним, потому что даже я сообразила, что лечение завершено.

Оберон переложил голову жены себе на грудь, а Кэйворрейн в тот же миг повел рукой, и кровь с камзола Благого пропала.

– Не траться, – сказал Оберон, перебирая волосы Титании.

 – Нам понадобится все, что у нас есть.

– Щит рухнул, – мрачно констатировал Кэйр.

– Вне сомнений. Проклятая Моара…

– Фоморы на свободе… – прошептал мой муж.

– Да. Но мы живы, брат. Хотя если бы были неженаты… – Оберон улыбнулся мне. – Я не ошибся в тебе, сестра. Воистину счастье, что когда-то тебя нашел.

Бредит, что ли?.. Где он меня нашел…

– Ваше величество, – ласково сказала я. – Все образуется. И да, мы здесь, с вами.

– Четыре луча Света и Тьмы, – отозвался Благой король. – Не нужно пророчеств, чтобы понять: теперь, когда нас четверо, мы удержим мировое равновесие.

Я рад, что ты правильно выросла, девочка. Да и могло ли быть иначе.

– Чуточку подробнее, – мягко попросил Кэйр, создавая несколько подушек и забирая у «брата» его королеву.

– Сказал – не траться! – рыкнул Оберон. – Тани просто спит. Не так легко излечить рану, нанесенную Моарой. Смертельную рану, если ты не понял.

– Я ж не тропу строю, – огрызнулся Кэйворрейн, аккуратно укладывая бесчувственную Титанию на подушки. – И не уходи от темы. Времени нет, но больше нет места и тайнам.

Не так ли, брат мой?

– Ты очень удачно женился, Плетущий. Еще когда ты отказался умирать по прихоти Мэб, я весьма заинтересовался тобой, – сказал Оберон, садясь. – Элеонора?

– Да?

– Отломи-ка мне кусочек шоколада. Кстати, никто не может объяснить мне, откуда на Поле Случайных Троп взялся пряничный домик?

– А откуда мы взялись на Поле Случайных Троп, вас, ваше величество, не интересует? – с сарказмом отозвался Кэйворрейн.

– Элементарно, – хмыкнул Оберон. Умирающим он уже не выглядел. Даже больным не выглядел.