Но в этот раз всё было медленно, я прочувствовала каждое прикосновение, каждое движение, каждую волну удовольствия, проходящую сквозь моё ещё не остывшее от прошлого раза тело. Но всё это становилось совершенно волшебным от слов моего мужа:

— Моя золотая девочка, моя любовь, моё сердце. Как же долго я тебя ждал, моя любимая.

И слыша эти слова, я улетала высоко в небо, качаясь на сладостных волнах, которые мог мне подарить только он — мой муж, мой король, мой любимый. И в момент наивысшего наслаждения я не выдержала и вскрикнула:

— Я тоже люблю тебя!

И это была правда, которую я так долго не могла осознать.

Когда позже мы лежали, приходя в себя — я почти целиком заползла на мужа, а он крепко меня к себе прижимал, гладил мою спину и целовал макушку, — я не выдержала и спросила, благо лица моего он не видел:

— Это правда?

— То, что я женился, потому что полюбил тебя? — Эльрион как то сразу понял, о чём я. — Да, моя золотая девочка. В тот момент, когда я поймал тебя в объятия, и ты подняла на меня свои бездонные серые глазки — я пропал. Никогда, за всю мою не такую и маленькую жизнь, со мной ничего подобного не происходило.

— Но ты же был женат! — я так удивилась, что подняла голову, чтобы взглянуть прямо в лицо мужу.

— Да, был. Но моя любовь к Герфе была совсем другой. Спокойной и уютной. Мне было хорошо рядом с ней, но никогда я не испытывал такого взрыва эмоций, такого жгучего, страстного желания, как к тебе. Она была, словно лёгкий грибной дождик, освежающий и приносящий облегчение после жаркого дня. А ты для меня — словно ливень с грозой после засухи, который напитывает иссохшуюся землю и пробуждает растения к новой жизни.

— Правда? — я всё ещё не могла поверить тому, что услышала.

— Правда. Я мог прожить с Герфой всю жизнь, и был бы при этом счастлив. Тогда я не знал ничего другого, не знал, что нахлынувшие чувства могут буквально сбивать с ног. Я спокойно ждал совершеннолетия невесты восемь лет после помолвки. Тебя я не смог подождать даже лишнего дня. То, что ты — человек, стало для меня ударом, но сейчас я рад тому, что в то время никто не знал, кто ты такая на самом деле.

— Почему?

— Знай я, что ты — дракон, мне бы пришлось ждать тебя ещё четыре года, и каждый день был бы для меня пыткой. Но на сознательное нарушение закона я бы не пошёл. А так — ты уже моя жена, ничего не исправить, назад не вернуть, и хотя несколько дней мне пришлось несладко, зато ты уже моя, и ждать тебя четыре года не нужно. Какие четыре года, если я едва смог прошлую ночь продержаться и не тронуть тебя, моя девочка.

— Пришлось несладко? — я не совсем поняла, что он имел в виду.

— А ты поставь себя на моё место. Вот представь, ты — человек.

— Это просто, — хмыкнула я.

— Да, и правда, — он тоже усмехнулся.