И я рассказывала, что люди, на самом деле, очень мало отличаются от драконов, иначе меня бы не принимали так долго за человека. Растут и старятся гораздо быстрее, живут меньше, магией не владеют и, конечно же, не обращаются. А в остальном — так же живут, работают и отдыхают, смеются, когда весело, и печалятся, когда грустно, заводят семьи и детей, любят их, заботятся. Хотят быть счастливыми. В этом разницы между людьми и драконами нет никакой.

Иллана держалась рядом, но в разговор не вмешивалась, кажется, ей было достаточно просто смотреть на меня. Иногда подсказывала, в какую лавку лучше зайти, какой товар посмотреть, но вопросов не задавала, лишь слушала очень внимательно, когда я рассказывала о своём детстве, сестре и брате, играх и уроках, что я умела, а чему научилась, лишь попав к драконам. Девочкам было интересно всё, они слушали мой рассказ, как волшебную сказку.

Вспомнила, как в своё время думала, что драконы в пещерах живут, сырым мясом питаются и двуногой формы не имеют, и поняла, что не так уж удивительно такое любопытство юных дракониц. Изоляция сделала своё дело.

Выбирая для матушки и сестры зеркальца в серебряной оправе, упомянула, что такого у людей нет, потому что в Пригорном княжестве вообще ни зеркал, ни даже просто стёкол не делают — для этого драконий огонь нужен. Может, у князя в доме и есть, но не у простого старосты в не самой богатой деревне. И особенно в последнее время, когда даже будь деньги на разные излишества — купить у драконов ничего нельзя было.

— Как же вы без стёкол? — удивилась Мерена. — Холодно же зимой!

— И без зеркал тоже неудобно, — подхватила Риона.

И я объясняла, что для окон используют слюду, а кто победнее — бычий пузырь. А зеркальце у нас дома тоже было — из полированного серебра. А можно просто в тазик с водой смотреться. Чего не знаешь — о том не страдаешь, я про стёкла в окнах и не слышала прежде, но мне было и со слюдяными нормально.

В итоге я всё же купила большое зеркало в полный рост — пусть будет. Вот Третий и пригодился — такое зеркало в корзину, которую я взяла для покупок, не положишь. Вскоре зеркало куда-то исчезло, наверное, Третий велел кому-то его в дом Чиавира отнести, не знаю, главное — не мне его таскать.

Накупив матушке с Любавой украшений, платков и поясов, а мужчинам, включая зятя — ремней, кошелей и кинжалов, украшенных каменьями, а Яромирке — ещё и сапоги красные, на вырост, я зашла в лавку с игрушками и растерялась — если со взрослыми всё ясно, то сколько у меня теперь племянников, какого возраста и пола, я просто не знала.

— Тебя же всего восемь лет не было, — удивилась Риона. — Неужели за это время можно много детей завести?

— Можно. И троих, и пятерых, и даже десятерых, если двойняшки будут, — пожала я плечами.