Вот чертова наследственность! Бабуля его наградила чрезвычайно тонкой белой кожей и веснушками, которые багровеют, стоит ему разволноваться.

— Точнее не бывает, — кивнула его собеседница. И еще дальше двинула в его сторону фото. — Эти девушки были там. Вот эта однажды попалась со мной в очереди. Через три человека. Очень переживала.

— С чего ты решила? — забыв быть вежливым, перешел на «ты» Ваня.

— Даже плакала тихонько. Носом хлюпала. Наверное, что-то подхватила, — беспечно подергала точеными плечиками девушка.

— Или думала, что подхватила, — задумчиво закончил за нее Иван.

— Чего это? По-твоему, такие тихони застрахованы от триппера?! — возмутилась его собеседница. — Такие дурочки быстрее попадаются, поверь! Опыта ноль.

— С чего ты решила, что она тихоня?

— Так сидела как пришибленная. Честно? — Она едва слышно выругалась. — Меня от таких вот лицемерок тошнит! Все такие чистенькие, правильные. Когда грешат, краснеют! Но ведь все равно грешат, Ваня! Один Бог без греха! И пусть в меня кинет камень тот, кто без греха! Вот…

Ее лицо тоже раскраснелось и сделалось еще более прекрасным. Ах, если бы не ее ремесло, подумал Ваня, он бы уже сегодня повел ее с мамой знакомиться.

— Короче, сдавали эти двое там анализы — это сто процентов. И чего-то у них со здоровьем было не так, раз одна ревела, сидя в очереди. А вторая… — Тут девушка хищно оскалилась и кивнула головой куда-то в левую сторону. — Вышла следом за мной из лаборатории и поперлась в другую от выхода с территории сторону. Там хоть территории той — три на три метра, но все равно… Я ей крикнула: эй, подруга, куда это ты? Типа, автобусная остановка с автомобильной стоянкой в другой стороне.

— А она?

— Она, мне кажется, даже меня не услышала.

Как шла, опустив голову, так и шла. — И девушка уткнулась подбородком в грудь, изображая убитую горем жертву.

— Странно…

Ваня задумался. Рассеянно глянул за окно, где рвались в клочья густые облака от порывов ледяного ветра. На мороз, подумал он, заметив в седых прорехах нежную голубизну. На мороз и на солнце.

— Что странно? — ткнула его пальчиком в локоть собеседница. И следом накрыла фотографии девушек ладонью. — Думаешь, что такие, как эти, не могут болеть гадкими болячками?

— Я так не думаю.

Я точно знаю, что все убитые девушки были абсолютно здоровы, — выболтал очередной секрет Ваня. И уточнил: — Экспертиза установила. Здоровы были абсолютно!

— А чего тогда так запаривались? — Она недоверчиво вывернула валиком нижнюю губу, мгновенно став такой милой и домашней, что хоть плюй на все и веди все же с мамой знакомиться. — Одна рыдала, вторая прямиком в крематорий порулила.

— Куда, куда?!"

"— В крематорий! Я когда ее окликнула, она даже меня не услышала. Как шла, так и шла. Я же тебе уже рассказала.