Раздевшись и немного постояв внизу, я поднимаюсь по лестнице наверх. Но вместо того, чтобы свернуть к себе, сворачиваю в соседнюю сторону крыла.

— Привет, Эшли. Ну, наконец-то!

Дверь в комнату сводной сестры открыта, и я захожу в ее спальню.

— Привет, Кейт.

Она сидит за компьютерным столом и что-то выбирает в интернет-каталоге — я не замечаю, что именно. Да это и не важно. Но услышав шаги и увидев меня, поворачивается на крутящемся кресле и встает. Замечает с легкой досадой:

— У тебя не работал телефон. С самого утра нет никакой связи.

— Разрядилась батарея. Если бы ты знала, сколько в Нью-Йорке людей! Терминал полон, у меня просто не было возможности достать хоть немного энергии. Перед этим мы почти час говорили с папой и… В общем, я надеялась, что вы меня не потеряете.

Я уже знаю, что случилось с Кейт прошлым вечером в кафе-баре «Шесть шмелей». Слава богу, что папа приехал вовремя и успел отбить падчерицу у подонков и арестовать их. Он рассказал мне о ситуации коротко, заметив в конце, что Кэтрин уже дома и с ней все в порядке. Но я не ожидала увидеть, как сильно она пострадала.

У Кейт медицинский бандаж на запястье и подбит глаз. Он практически заплыл и сейчас ужасного багрового цвета. Надетые на лицо очки только усугубляют картину, заставив меня опустить рюкзак у стены и выдохнуть:

— Господи… Что они… что эти мрази с тобой сделали?!

— Один сделал — Кори Райли, — со смешком бросает Кейт. — Это с ним мы схватились. Остальные лишь смотрели. Дуглас, Эван… и Шон. Не «Беркуты», а трусливые ублюдки! — презрительно поднимает уголок губ. — Но знаешь, Эшли, мне совершенно не было страшно. А потом ворвался Брайан… О, мой отчим — крутой коп, у этого Райли не было никаких шансов!

Невероятно, но у нее еще хватает сил шутить!

— Но как же твое лицо? Он сломал тебе руку? Еще что-то повредил?

— Не успел, хотя очень хотел — сволочь! У меня фингал под глазом и трещина лучевой кости. Врач сделал болевую блокаду и пообещал, что через месяц я о трещине и не вспомню. Зато видела бы ты, что я сделала с этим ублюдком, из-за которого оговорили Мэтью. Ему теперь всю жизнь со шрамами на лице ходить! Не поверишь, — Кейт улыбается так, как я не привыкла — довольно и без тени насмешки. Признается со смехом, непривычным для меня жестом поправляя очки: — Чувствую себя сейчас настоящей красоткой. Главное, что зубы целы!

— Да уж… — вздыхаю я. — Ну и Рождество. А где родители? Почему так тихо?

— Брайан в полиции, делает все, чтобы освободить Мэтью. Коллинз, Рентон и Харт тоже. Мамаша Дугласа уже успела поднять настоящий хайп по этому поводу — даже сюда дозвонилась. Представляешь, потребовала, чтобы я немедленно подтвердила, что ее сына не было в кафе, и Дуги оболгали.