Он решил позвонить из автомата, не называя своего имени, и я пошла у него на поводу. Позвонить он хотел завтра, но мне кажется, лучше сделать это сейчас. А ты что думаешь?"

"— Думаю, что ты больная на всю голову. Странно, он производил впечатление совершенно нормального…

— Ничего подобного. Ты просто плохо его разглядела. Звонить или нет? Говори скорее, у меня чес на нервной почве.

— Звонить надо было сразу. Слушай, ты пробовала хоть иногда об отце думать?

— Мысли о нем как раз и заставили меня спешно удалиться. С другой стороны, расследование — вещь непредсказуемая, никогда не знаешь, где окажешься.

Иногда — рядом с трупом.

— Никакого расследования. Завтра же позвонишь Одинцову… нет, лучше я сама позвоню.

— Может, все-таки попробуем найти убийцу? У нас есть подозреваемый. И уж если начистоту, теперь это дело чести.

— Послал бог сестрицу, — прошипела Агатка, почесала нос и добавила: — Пойми, у меня дел по горло.

— Ладно, завтра выхожу на работу и звоню Одинцову.

Агатка припустилась в прихожую, а я, взяв пальто и сапоги, пошла за ней.

— И как он в роли сыщика? — спросила она, надевая шубу.

— Любит выпендриваться и поучать.

А так ничего.

— Просто в голове не укладывается… серьезный человек, и вдруг… нет, он точно в тебя влюбился.

Она открыла дверь, а я сказала:

— Не злись, ладно? Сестра у тебя и вправду дура.

— Зато с тобой не соскучишься.

Надо ли говорить, что после ухода сестры кошки на душе скребли с удвоенной силой. Лежа на диване, я костила себя на чем свет стоит. Что ж я за человек? Пользы от меня никакой, зато неприятностей близким людям хоть отбавляй. Ничего я делать толком не умею. Сестру вот обидела. Могла бы подумать о ней, когда с Берсеньевым связалась.

Я попыталась вспомнить, был ли у кого-то из смертных повод сказать мне «спасибо», никого подходящего не нашла, зато тех, кто имел полное право считать, что встретились мы в недобрый час, набралось предостаточно. Я ворочалась, материлась сквозь зубы, дважды вставала пить чай, но в конце концов уснула.

В половине девятого я была на работе. На сей раз не желание произвести впечатление на сестру двигало мной, а стремление видеть себе подобных, чтобы кое-как держаться на плаву. Агатка явилась с опозданием, и я, ожидая ее, нервно ерзала, в голову лезли мысли прямо-таки фантастические, и только когда она вошла, я вздохнула с облегчением.

Сестрица молча кивнула мне, приглашая проследовать в кабинет. Я закрыла дверь поплотнее, готовясь услышать, что за эту ночь надумала сестра.

— Одинцову звонила? — задала она вопрос, устраиваясь за столом.

— У него с утра мобильный отключен.

— Пока ты возишься с этим делом, о душевном комфорте можно только мечтать. Я-то думала, побегаешь немного и успокоишься. Еще один труп — это слишком.