И Карла Двенадцатого,[2]и Буффало Билла,[3]а ведь ты так любишь лошадей!

Теперь засмеялась и она. Не громко, не облегченно, но по крайней мере засмеялась.

— Знаешь, как я хочу умереть? — спросил я. И быстро добавил, прежде чем она успела что-либо сказать: — Хочу, чтобы меня застрелил обманутый муж.

Она просто зашлась от смеха. Настоящего звонкого смеха. А я думал: спасибо тебе, Боб Хоуп![4]Надеюсь, не упрекнешь меня, когда встретимся в раю.

— Ты звонишь среди ночи в самую крупную утреннюю газету Швеции. Мы отвечаем вежливо, мы не имеем права бросить трубку. Так приказано. Но мы не занимаемся душеспасением. Мы Богу не конкуренты. Если это Он тебе нужен, так у его генерального агента есть дежурная станция. Номер — в телефонном справочнике, на третьей странице. А хочешь беседовать с нами, так нас интересует только одно: конкретные факты.

Я замолчал, выжидая. В трубке было слышно, как она хихикала и сморкалась. Потом вроде прикурила сигарету.

Тарн говорил по другому телефону. Выглядел он, по обыкновению, неряшливо. Уже две недели как ему надо было бы постричься, и два дня — как помыть голову. Мятый костюм он, похоже, купил лет десять назад на распродаже в ПУБе.[5]Галстук в пятнах.

Словом, Тарн вышел из тех далеких времен, когда журналисты стреляли деньги за неделю до очередной получки.

— О'кей? — сказал я с раздражением.

— О'кей, — ответила она.

— Это был десерт. Перейдем к горячему?

— Можешь выдрючиваться как тебе угодно. — Ее голос звучал спокойно и жестко. — Мне это ни капли не поможет.

— Но тогда скажи, чем мы можем помочь! У тебя же, наверное, была какая-то идея, когда ты набирала наш номер.

Юлле положил передо мной листок бумаги, на котором Тарн написал: АДР & НРТЕЛ?

— Кстати, где ты находишься и какой у тебя номер телефона?"

"Я не сразу разобрал, что было написано на листке строчкой ниже. Ага: «Телефонная станция пытается установить ее номер».

— Это не твое дело. И вот еще что: вам не удастся проследить, откуда я звоню. Это я выяснила. Но помочь мне вы можете.

— Как?

Теперь ей придется что-то предложить.

— Напишите о... ну, о всяких безобразиях.

— А что это за безобразия?

— Ну, напишите, например, о... — Она больше не колебалась, голос опять стал энергичным. — Напишите о частных фирмах по охране имущества. Там столько дерьма, надо бы присмотреться.

Охранные фирмы! На лице у Тарна проступило изумление. Он пожал плечами и сделал мне знак: давай, мол, говори дальше.

— Охранные фирмы? — сказал я. — Вот на днях мы выезжали в Бромму,[6]в тамошний супермаркет. Я был на репортажной машине, вместе с журналистом, словом, все на полную катушку. Нам сообщили, что какой-то охранник, сволочь и фашист, надругался над ребенком.