Оно было вроде бы заперто, но Зверь толкнул меня к двери и за несколько секунд оказался у меня на плечах.

Я видел, как блеснул его длинный нож, пригнул голову, защищая лицо, и услышал треск дерева. Окошко поддалось, бухнуло на весь подъезд, а тяжесть, пригибавшая мои плечи, исчезла.

Я взглянул вверх. Зверь пролезал сквозь окошко. Он приземлился за дверью — было слышно, как шлепнулся. Потом замок заскрипел, и дверь открылась.

Он лежал в темном коридоре и знаками показывал, чтоб я молчал.

Я опустился на колени и прислушался.

Сдавленный крик, стон, глухой и регулярный стук — как если бы чье-то тело билось о что-то твердое.

Словно металось животное, запертое в клетку.

Я тихо скользнул в глубь темного коридора. Высокие двери, большие комнаты по обеим сторонам. Звуки доносились из самой дальней комнаты, с окнами во двор.

Зверь кивнул на ручку, и я взялся за нее. Рванул дверь — тут мы помедлили несколько секунд. Услышали только чей-то сдавленный крик. Зверь прыгнул вперед. Нож он держал за лезвие, готовый его метнуть.

Но сразу же остановился. Стоял и смотрел, а чей-то сдавленный крик перешел в мычание. И тут он ахнул:

— Madre mia!

На постели лежала голая женщина.

Она была связана так, что даже не могла поднять голову. Лицо было закутано в тряпку. Из-под нее еще раз раздался стонущий крик, и она несколько раз рванулась всем телом, так что снова послышался глухой стук.

— Maricones de mierda,[54]— сказал Зверь.

Я кинулся к постели и сорвал тряпку с лица женщины.

Это была Кристина Боммер с белым от ужаса лицом. Она опять застонала. Рот был забит грубым чулком.

Я вырвал кляп, и она чуть не закричала, но я опустился на колени возле постели и заговорил:

— Кристина.

.. ты же меня узнаешь... уже не опасно... это мы... Рикардо и я! Ты не ранена? Спокойно, дружок, милая, успокойся...

Зверь раскромсал веревки своим длинным ножом.

Она зажмурилась, тяжело дыша.

— Милая... мы отвезем тебя в больницу... спокойно... спокойно...

Откуда-то полетел халат, упал на нее. Я подоткнул его по краям. Ее дыхание стало реже и глубже.

— Ты не ранена? Вызвать «скорую»?

Зверь исчез.

Я выругался и вскочил на ноги. Возле кафельной печи стояла грубая старая кочерга. Я схватил ее и на цыпочках вышел в темный коридор.

Пусто.

Открылась одна из дверей. Оттуда вышел Зверь, причем сперва появился его нож. Он указал на следующую дверь в коридоре. Я подкрался к ней и встал наготове у ручки. Рванул ее, подождал пять секунд — ни звука, — и в комнату ворвался Зверь.

Но повсюду было пусто. Три пустые спальни, пустая кухня, пустая гостиная и голая Кристина Боммер на постели в четвертой спальне. Зверь покивал головой и засунул клинок в ножны, сзади на поясе.

— Коллектив, — пробурчал он. — Два пара девиц, я говорил.

А я уже шел к комнате Кристины.