Работай дальше, Порфирий Порфирьевич. Дерзай. Осваивай новые проходы через границу. А мы тебе поможем.

– Это вы чего? – недоуменно посмотрел на нас Проводник.

– Живи как жил. Только мы должны знать, кого и куда ты переводишь. Все понятно?

– Да куда вы меня толкаете? – взвился Проводник. – Если узнают, убьют же! И меня. И семью.

– Это да. Семью лучше подальше перевезти. И мы тебе поможем с этим – хорошо всех пристроим, – сказал Фадей. – И тебе спокойнее будет. И нам в случае чего – если ты самым умным себя вообразишь.

– Да был бы умным, не говорил бы с вами сейчас.

– Умный будешь, когда согласишься с нашим предложением.

Проводник помолчал, потом махнул рукой:

– Если коготок увяз… Что с вами поделаешь.

– А вот как работать с тобой будем – сейчас и обмозгуем под молочко…

Когда мы покидали дом и прощались с хозяином, на пороге я подал жестом условный сигнал наблюдавшему за обстановкой в бинокль Стасову – мол, все в порядке. Стрелять ни в кого не надо, войска и пожарная команда не требуются. Отбой тревоге.

Шли мы от Проводника по селу спокойно и вальяжно, кивая встречным местным.

– Здравы будьте, девоньки, – Фадей раскланялся с идущими навстречу дамами в телогрейках и с лопатами в руках. В ответ смех и подначки. Веселый тут народец.

– Как думаешь, не обманет? – спросил я, нагибаясь и поднимая с земли ветку с листьями.

– Какой там обманет! – отмахнулся небрежно Фадей. – Он понимает, что его семья у нас в заложниках.

– Жалко, что этот канал не единственный.

– Но надежный. Они так считают. Иначе Ревизор через него не ходил бы. Это у нас теперь козырный туз в рукаве, Ермолай… И погода здесь хорошая, – Фадей подставил свое лицо весеннему солнцу…

Глава 5

Первого мая я любовался красочной, полной энтузиазма и задора демонстрацией трудящихся. Руководители партии и правительства на трибунах. Колонны рабочих Москвы, в одной из которых шла Антонина вместе со студентами Бауманки. Все радовались весне, единству, светлому будущему.

На киноэкраны вышли очаровательная комедия «Подкидыш» и героический эпос «Щорс». Страна чествовала героев-летчиков Гордиенко и Коккинаки, которые совершили тяжелейший суточный беспосадочный перелет и прибыли в Нью-Йорк прямо к открытию Всемирной промышленной выставки. Кстати, советский павильон на этой выставке представлял из себя нечто уникальное. Один семиметровый макет Дома Советов из редких камней весом в двадцать тонн чего стоил! А еще огромная хрустальная карта Москвы, много чего другого. Мир должен видеть достижения социализма… Привычно открывались новые заводы и научные институты. Трудовые коллективы отчитывались о стахановских достижениях. И погода была ласковая, искристая и зеленая.

Но не бывает так, чтобы все светло и красиво.