Ишь рассуетились, словно в пионерлагере.

Она на секунду замерла на пороге, оглядываясь, а потом быстро и совсем беззвучно, как кошка, двинулась ко мне. Я свесил голову с кровати, чтобы посмотреть, что у нее на ногах. Дежурное освещение, которое не гасло никогда, давало достаточно света. Оказалось, что она была в толстых шерстяных носках. Хитрая! Только вот зачем – все равно никто здесь глаз не сомкнет уже до рассвета. Все возбуждены до предела и дрочат. А кто не дрочит, тот кончит в постельку, как ребенок.

Быстро и неслышно, как тень, девушка подошла и положила горячую ладошку мне на грудь.

Чтобы разбудить. Я тут же накрыл ее маленькую ручку своей, улыбнулся и неслышно откинул одеяло. А лежал под одеялом одетым – собственно, как все здесь. Пижам и халатов в тюремной больничке не водится. Так что времени на сборы тратить не пришлось. Я просто встал и пошел за Ольгой, по привычке стараясь потише шаркать дурацкими шлепанцами. Вот тебе и парочка – ангелочек и бомж в тряпье. Ольгу, впрочем, мой клоунский вид нисколько не смущал, а если и смущал, то она и виду не подавала. Повела меня за собой, держа за руку – как заботливая мать своего ребенка! Низ заломило от вожделения. Глаза сосредоточились на пятой точке моей проводницы, мысленно я уже лапал ее круглую задницу. Вспомнилась родинка на ее правой ягодице. Я встретил девушку, полумесяцем бровь, на попке родинка, а в глазах любовь! Вот сейчас и проверим еще разок, свихнулся я или нет. Есть родинка – она Ольга, живая! Черт, надеюсь, мы сразу перейдем к делу, а то неудобно – в самом деле – с такой эрекцией, которую не в силах скрыть мои пижонские зеленые штаны.

А вокруг все молча наблюдали за нами сквозь прищуренные веки. Недаром все лежали в «естественных позах» так, чтобы можно было все видеть получше. Все, ребята, до утра! Счастливо оставаться и сладких вам снов, малыши. Спят усталые игрушки! Бай-бай!

Мы выскользнули в коридор и, все так же бесшумно, пересекли его. Два вертухая, дежурившие здесь, сделали вид, что ничего не заметили. Только один из них в последний момент стрельнул в нашу сторону завистливыми глазами. Как бы мне эта ночь любви не обошлась еще дороже. Хотя ничего тут без приказа ты не получишь, Знахарь, – ни ласки, ни побоев.

Это уже предельно ясно.

Сестринская была все такой же опрятной – почти стерильной. Так же стоял длинный диван у забранного частой решеткой окна. Мы не стали терять времени на ненужные прелюдии. Да и какие уж тут любовные игры, с рукой в гипсе!

Ольга сразу нырнула вниз и стянула с меня штаны вместе с трусами. Мой напряженный член закачался возле ее лица. Жадным горячим ртом она поймала его и втянула его в себя. У меня даже колени стали ватными.