Правда, хрен знает, можно ли по номеру телефона такие суммы переводить?

Но вот если бы она это и в самом деле сделала — решила бы вопрос с перечислением денег — то что бы я почувствовал?

Я бы взбесился. Совершенно точно взбесился. Я… я не знаю, что бы я сделал. Хотя…

Это весы. Реально весы. На одной чаше — моя гордость. И острое нежелание что-то получить от этой женщины. А на другой… Она может вот прямо сейчас взять — и решить проблемы отца. Он сможет жить спокойно и не дергаться. Начиная с сегодняшнего дня. И мне не надо будет рвать жопу, лететь в Казань, где я не факт, что чего-то добьюсь — сейчас самое время признать, что шансы у нас с командой все равно не то, чтобы очень. Но я запрещал себе об этом думать. Нельзя думать о поражении. Мысли материальны. Мы нацелены на победу — и точка. И я поеду в Казань. Потому что не могу подвести ребят.

И потому что от этой женщины, которая стоит передо мной, низко наклонив голову, мне ничего не надо.

— Еще раз повторяю. Мне от тебя ничего не надо. Я все решу сам.

Она подняла голову, и мне стало не по себе от ее взгляда. Мне вдруг показалось, что она смотрит на меня… с восхищением. Я резко отвернулся и уставился на подъездную дверь. Сейчас самое время уйти. Все сказано. Но я почему-то стоял на месте.

— У нас большой бизнес, Егор. Именно в той области, где ты работаешь. У нас крупная ИТ-компания. Сейчас мы как раз проходим процедуру редомициляции.

Я с трудом вспомнил, что означает это заковыристое слово. Фыркнул.

— Мы — это кто? Ты и твоя собачка? Или ты и твой… папаша?

— Твой дед умер два года назад.

— У меня нет деда! И никогда не было!

— Этот бизнес может стать твоим, Егор.

Этими словами она меня просто оглушила. Я все же повернулся к ней. Она вот это все сейчас серьёзно?!

— Ну и о чем идет речь? Какой оборот? Активы? Сколько мне подарит дорогая мамочка?

— Я пришлю тебе отчет о текущем финансовом состоянии компании на телефон.

Она всерьез. Она реально говорит это всерьёз. И думает, что я тоже всерьез. После всего, что она…

— Иди ты…

Я в последний момент, уж не знаю, почему, проглотил матерное окончание фразы. Но Ада прочитала его по губам. Надеюсь, ты еще помнишь, что означает это слово?!

— У нас успешный, стабильно работающий бизнес, который приносит солидный доход. От таких предложений не отказываются, Егор.

— Это от собственных детей не отказываются! — заорал вдруг я. — А от бизнесов — легко!

Ну вот. Я снова ору. А Ада на меня смотрит так, будто у меня на лбу рога выросли. Или за спиной — крылья.

— Я все никак не могу поверить, что ты и в самом деле мой сын, — на фоне моего ора совсем негромко проговорила она.

— Что — слишком непрактичный и мягкотелый?! Дурачок, который отказывается от больших бабок?

— Ты такой благородный. Порядочный. Сильный. Смелый. Удивительный.