Время замедлилось, позволяя во всех деталях разглядеть, как нос Бори складывается набок, словно картонный. Губы лопаются, будто перезрелые ягоды, а зубы разлетаются веером, поблёскивая в тусклом свете ламп. Удар был такой силы, что тело водителя отбросило на несколько метров.

Он крутился в воздухе, как тряпичная кукла, но, рухнув на пол, тут же вскочил. Схватил окровавленный тесак и бросился на нас. А я дёрнул недовольно щекой, выпустил ледяной шип. Нужно остановить его, пока ещё кто-нибудь не пострадал. Магия пробила здоровое плечо мужика, выбив оружие из руки.

Боря отлетел, снося какие-то ящики, но тут же поднялся. И я увидел его глаза… Чёрные, без белков, затопленные безумием. В них не осталось ничего человеческого.

— Господин! — крикнул Боров дрожащим голосом.

Я сформировал сосульку, морщась от собственного решения. Выбора нет. Выставил руку, и ледяной снаряд вошёл точно между бровей водителя.

Он застыл на мгновение. Тонкая струйка крови прочертила дорожку по его лицу, но Боря снова двинулся на нас. Теперь его движения стали совсем механическими.

Почувствовал, как Альберт напрягся для нового удара. Остановил его жестом и создал шарик яда. «Прости, друг», — мелькнула мысль, когда зелёная сфера прошила грудь водителя насквозь, оставив дымящуюся дыру. Только теперь он, наконец, рухнул.

Я метнулся к нему, остановился рядом с телом. Яд уже начал разъедать плоть, но Боря был ещё жив.

— Простите… — его голос стал едва слышным шёпотом. — Это… Я не знаю, что со мной. Тело не слушается. Я не хотел убивать. Честно, думал, в петлю залезу. Простите!

Рядом со мной рыдал Боров. Его огромное тело сотрясалось, он издавал странные звуки, больше похожие на скулёж раненого зверя:

— Это я виноват. Не успел. Из-за меня он погиб и другие! Если бы я…

Размахнулся и влепил ему пощёчину. Твою ж мать! Словно ударил по каменной стене. Суставы хрустнули, адская боль прострелила до самого локтя. А Боров даже не шелохнулся, но это привело его в чувство.

— Ты ни при чём! — произнёс твёрдо, глядя ему в глаза. — Его разум затуманили враги. Он боролся и пытался… Похорони Бориса. Не говори никому, что тут случилось. Ты меня понял?

— Да… — закивал мужик, утирая слёзы. — Но как же объяснить?

— Я сам! — дёрнул щекой. — Мы пришли, а он в петле. Депрессия.

Толкнул дверь и покинул ангар. Внутри всё кипело от ярости. Некромант перешёл все границы! Использовать моих людей, как марионеток…

— Всё в порядке? — Витас возник рядом, словно из ниоткуда, его взгляд был полон тревоги.

— Нет. Боря мёртв. В петлю залез, — бросил через плечо, не останавливаясь. — Найди ещё водителей. Два отряда приготовь. И одежду мне, пойду в лес.

Проигнорировал остальные вопросы Лейпниша. Смерть мужика неожиданно задела меня.