– П-пустите, – прохрипела в чужую шею, в которую неловко утыкалась похолодевшим от ужаса лбом. Пахла она приятно. Дорого и опасно.

– Сидите смирно, мисс Эштон, – велел Кольт, не разжимая пальцев.

Сидите? Да я лежала на нем, помятая и распластанная по твердой груди! И это было в высшей мере неловко и возмутительно.

Вояжер тронулся с места, и нас снова качнуло. Я попыталась отстраниться, выпутаться из ловушки, но лапы держали слишком крепко.

– Да что вы себе позволяете, сир Кольт?! – прошипела, намереваясь при его неподчинении укусить гада прямо в шею.

– Тише, Софи, – проворчал тот.

– Сильный выброс! – проорал Саргаард спереди. – Может, развернуть?

– Прямо поезжай, – приказал Кольт, впечатывая пальцы поплотнее в мои позвонки.

Нас окутало молоком. Не метафорическим, а самым натуральным. Ощущалось оно так, будто плывешь в белоснежной жиже, и та заливается тебе в уши. Правда, глаза все видят, нос дышит, а одежда не мокнет. Подозрительное, словом, молоко.

Из-за приоткрытой шторы виднелся знакомый синий дом с лавочкой магических трав. Алисса всегда там закупалась ингредиентами для чудодейственных кремов. Только вместо привычного голубого крыльца в нем раскручивалась черная воронка, прорезаемая фиолетовыми разрядами.

Варх Всемогущий… Разрыв материи? На одной из центральных улиц Тарлина?

Три чародея в синей униформе Королевской маг-гвардии уже латали дыру, стараясь не выпустить никого в город «с той стороны». Толпа вокруг волновалась, кричала. Но даже я понимала, что разрыв слишком мелкий, чтобы пропустить нечто поистине жуткое. И особой опасности для жителей не представляет.

Поправка – для одаренных жителей. Я так, к примеру, искренне удивлялась, почему еще в сознании и продолжаю ощущать варховы твердые пальцы на своих позвонках.

И продолжаю. И продолжаю… Воронка давно скрылась из виду, и молоко, белым коконом окутывавшее нас, начало рассеиваться. А эти лапы ко мне словно приросли!

Маг-вояжер, качнувшись, остановился.

– Вот видите, мисс Эштон. Не так уж и страшно, – профыркал Кольт в мое ухо, стряхивая с нас остатки белесого марева. – Стоило ли так трястись?

Из открытой двери хорошо просматривался центральный вход в Тарлинскую лечебницу. Не дожидаясь помощи Саргаарда, Кольт отстранил меня от себя и, поудобнее перехватив за талию, спустил на мостовую.

Только собралась в красках объяснить хамоватому «инвестору», что тряслась я вовсе не от страха, а от возмущения и крайне неприятного, непристойно тесного соседства, как дверь перед моим носом захлопнулась.

– Ужин в восемь, не опаздывайте, – крикнул напоследок Кольт и задернул черную штору.

Мои два часа истекли, и больше времени он тратить на меня не мог. Маг-вояжер тронулся и поплыл дальше по дороге.