В почти пустом комоде отыскиваю старые спортивные штаны и футболку, брошенные здесь именно на случай таких вот внезапных визитов. Переодеваюсь и снова вниз, на улицу, в сторону зоны барбекю.

Дядя Вася уже успел сгонять за мясом к соседу, раздобыл для меня лук, специи. Принес нож и всю необходимую посуду. Дарк и Рой снова улеглись рядом, но так, чтобы не мешаться под ногами. Облизываются, засранцы, глядя, как я режу сочные куски с идеальными тонкими прожилками жира.

— Чего стряслось? Рассказывай, — дядя Вася присаживается на скамейку под навесом.

— Жену бывшую встретил, — кидаю доберманам по куску мяса.

Дядя Вася поднимается со скамейки, идет в беседку и возвращается оттуда с двумя глиняными кружками, да безликой бутылкой домашнего красного вина.

— Не переболел, значит? — разливает красиво играющую в отблесках языков пламени из мангала рубиновую жидкость.

— Значит не переболел… — забираю у него кружку и делаю первый глоток своего успокоительного на сегодня.

2.4

Рафаэль

Голова слегка кружится от чистого воздуха и местной атмосферы. В мангале тихо щелкают раскаленные угли, а под ногами спят благодарные и преданные Дарк и Рой.

Дядя Вася сильно не лезет мне в душу. Знает, что я скажу ровно столько, сколько смогу в данный момент. Этот человек давно стал для меня гораздо ближе родного отца и именно здесь у меня появляется ощущение дома.

Глядя на кусочек звездного неба, виднеющийся из-под крыши беседки, пытаюсь компактно сформулировать все, чем хочу поделиться с этим человеком. И с какой стороны не поверни, все стекается к Юльке, но о ней я говорить пока не готов. Решаю поделиться другими странными эмоциями, которые не дают мне покоя.

— У меня не будет детей в этом браке, — сообщаю ему, четко осознавая, что в моем тоне нет ни грамма сожаления. Дядя Вася отставляет свою кружку и внимательно на меня смотрит. — И знаешь, что самое смешное? Мы с женой оба рады этому, только каждый по-своему. Она фигуру испортить боится, а я… Я просто не хочу их с ней. Дети — это же про любовь. У нас нет любви. С моей стороны точно нет. Чистый расчет.

— А твоя семья? Что думают они на этот счет?

— Понятия не имею, — жму плечами.

— Разберусь, — устало морщусь.

— Ты ж вроде поговорить хотел, — усмехается дядя Вася. — А я из тебя все клещами вытаскиваю.

— Извини, — наливаю нам еще вина. — Наверное, откровенно говорить я разучился так же, как и любить, — ухмыляюсь в ответ, перекладывая на тарелку пару кусков жареного мяса.

— Раз тебя жрет совесть, а сердце болит и ускоряется при виде твоей, — подчеркивает. — женщины, значит не разучился. А мы с тобой и молча посидеть можем. Я знаю, тебя это место лечит.

— Есть такое.