Папа Легба и Эрзули схватили за руки Самеди, профессионально скрутили и оттащили от взбешённой супруги.

— Ты же видишь, что он не в себе!

— Да я его!

— Бриджит, прекрати! Лучше помоги, нам нужно его успокоить.

Мамаша Бриджит фыркнула, но послушалась Папу Легбу. Сорвала с плеч цветастую шаль и одним движением закутала череп мужа. Тот сразу перестал дёргаться и обмяк, словно оглушённый. Лоа тут же взяли его под локти и потащили прочь. Бриджит поджала губы и двинулась следом, сверля спину мужа тяжёлым взглядом. Перед тем как они скрылись, Папа Легба обернулся и благодарно кивнул мне.

Стоило компании лоа свернуть за пакгауз, как по эфиру прошла лёгкая волна, и я ощутил, что они исчезли из материального мира. Вот и отлично! Дальнейшее меня не касается, пусть сами разбираются с обезумевшим Самеди. А я отправлюсь в посольство и завтра же улечу в Париж.

Но стоило мне двинуться к причалу, как «пришёл вызов», которого я совершенно не ожидал. Глаза сами собой моргнули, мир на мгновение померк, и меня выдернуло за грань.

* * *Здесь было всё как и прежде. Сухая ломкая трава под ногами, вокруг белый туман и вечная тишина. Место, где не было и нет ярких красок, смеха и голосов. Порог, за который переступаешь лишь однажды. Если ты не некромант, естественно.

— Здравствуй, Бродяга.

Хозяйка появилась почти сразу, не заставив меня ждать. А следом из тумана появился Анубис в образе чёрного шакала и встал слева от меня, будто хорошо вышколенный пёс.

— Вы хорошо потрудились, — Хозяйка кивнула, — да ещё и без приказа. И не останетесь без награды."

"Сколько раз я видел здесь Хозяйку, и каждый раз она была бесстрастна и холодна, как и положено стоящей за гранью. Но в этот раз мне показалось, что она взволнованна. И даже увидел на её лице тень страха.

— Но работа должна быть доделана до конца. Бродяга и ты, Страж Весов, — она посмотрела на Анубиса, — найдите тех, кто сделал артефакт для пленения духов. Найдите и приведите ко мне.

Нет, кажется, я ошибся. Откуда взяться страху у такого могущественного существа, как она?

— Нет ничего важнее этой задачи, Бродяга. Они не понимают, что могут высвободить подобной вещью. Если это случится, все твои дела с Павшими тогда покажутся детскими драками в песочнице.

— Четыре Аудитора? — я вспомнил её же слова.

Хозяйка покачала головой.

— Бывают вещи и похуже, Бродяга. Гораздо хуже. И не только для смертных, но и для меня. Оттого и требую от тебя найти посягнувших на запретное, пока не совершенно непоправимое.

— Мы найдём их, госпожа, — я поклонился. — Обязательно.

— Даю тебе право, Бродяга, семь раз исторгнуть души смертных одним касанием.

Я увидел, как мою правую руку на пару секунд охватило тёмное пламя и тут же впиталось в кожу.

— Они все должны умереть, кто бы они ни были.