Руки связаны за спиной, содранная о разбитую плитку кожа на коленях саднит. Давление на затылок увеличивается, но я напрягаю шею, сопротивляясь.

— Ви-восемь, ты должна ответить за проступок! Покайся!

Молчу, касаясь носом ледяной воды. Никогда… Никогда… Вы не получите меня, не превратите в безропотное подобие человека. Не сделаете из меня куклу.

Удар по спине такой сильный, что чувствую, как трещат позвонки. Голова опускается в воду. Кислород заканчивается и приходит ужас. Пытаюсь подняться. Брыкаюсь, но хватка у надзирателя железная. Открываю рот, чтобы закричать, но делаю только хуже, продолжая задыхаться в агонии боли и беспомощности.

— Ви, — тихий бархатный голос доносится из глубины.

Открываю глаза и вижу свечение двух голубых огоньков. Видение обретает очертания. Нахмуренные брови, прямой нос и губы, которые говорят мне…

— Успокойся, девочка. Тише. Это сон. Сон…

Едва различаю во мраке лицо Дэниела над своим. Он гладит меня по голове, проводит пальцами по мокрому лбу.

— Тебе снова снился кошмар?

Киваю, ощущая во рту мерзкий вкус протухшей воды.

— Ты дрожишь. Тебе холодно? — спрашивает Дэниел, опуская ладонь на мою шею.

Рваный выдох слетает с губ. Не могу успокоиться, паника не отпускает. Дэниел ложится на спину и хлопает себя по груди:

— Иди сюда…

Поворачиваюсь на бок и кладу голову ему на грудь. Слышу, как бьется его сердце. Ритмичные сильные удары успокаивают. Рука Дэниела на моем плече, большой палец чертит круги. Дыхание выравнивается, и я закрываю глаза.

— Часто у тебя это происходит?

Вспоминаю бессонные ночи в пансионе, когда было слишком тошно, чтобы заснуть.

Я такая не одна. Крики, всхлипы, секундные визги. Наши кошмары всегда с нами. Они впитались, въелись так глубоко в память, что их не вывести ничем.

— Наверное, да…

— Ты помнишь, что тебе снилось?

— Да…

— Хочешь рассказать?

— Нет.

— Попытайся снова заснуть. Отпустить тебя?

— Нет.

Дэниел легонько сжимает мое плечо и поправляет одеяло. Проходит всего несколько секунд, прежде чем я вновь проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь одна. Утреннее солнце заглядывает в окно, касаясь рассеянными лучами белого одеяла.

Тревожные звоночки бьют по мозгам. Вчера ночью жизнь разделилась на «до» и «после». И это «после» пугает, но не так, как я привыкла. Страшно, что я снова не смогу удержать равновесие. Снова все испорчу.

Выбираюсь из теплой кровати и направляюсь к двери, но не решаюсь выйти. Могу ли я? Мне не разрешали, меня не приглашали. Сомнения душат. Сжимают горло прочным канатом, но я разрываю его в секунду.

Я не кукла!

Я здесь не в плену!

Поворачивая дверную ручку, делаю уверенный шаг вперед.