— Сыну что-нибудь передать? Вдруг пересечемся.

Колчин молчал. От его частого тяжелого дыхания прерывисто вздымалась грудная клетка и очерчивались ключицы и жилы на шее.

— Ладно. Сама что-нибудь придумаю, — закрыла глаза, палец коснулся курка и нажал. Прозвучал выстрел, руке стало невыносимо больно."

"— Даже не вздумай, сука, строить из себя мученицу, — процедил Колчин, вжимая мою руку с пистолетом в стену. Серые глаза буквально уничтожали меня взглядом, полным ненависти. — Хочешь сдохнуть? Так сделай это потому, что сама этого хочешь и сама слабачка. Но не смей подстраивать свою паскудную смерть под благородство во имя загубленной души моего сына. Поняла меня? Не слышу! — крикнул он вдруг, отчего я невольно вздрогнула.

— Поняла, — выронила я сипло и всхлипнула, испытав, похоже, самый сильный страх и стресс в своей жизни.

Пока я пыталась прийти в чувство, Колчин выхватил из моей руки пистолет, проверил патроны и двинулся к выходу.

Завидное самообладание и собранность, о которых мне можно только мечтать. Еще минуту назад его мир в очередной раз перевернулся, идеальный план пошёл прахом, а явно уже придумал что-то новое и готов действовать.

Входная дверь распахнулась, Колчин вылетел на крыльцо в летние сумерки и хлопнул дверью.

— Куда ты? Подожди, — поспешила я за ним на непослушных ногах. — Я могу тебе помочь!

Вылетела на крыльцо следом и сразу попала в чьи-то руки. Неприятный технический запах от перчатки на мужской руке, что накрыла мой рот, ударил в нос и мгновенно заискрился паникой по организму.

Колчин лежал на траве с вжатой чьим-то ботинком головой в землю. Сопротивлялся и рычал, пока другой в черной форме застегивал за его спиной наручники.

Рядом с ним лежали двое, которые пытались прийти в чувство. Похоже, их Миша успел обезвредить до того, как то же самое сделали с ним.

Паника в одно мгновение сменилась жаждой крови. Затылком ударила по лицу урода, который пытался меня удержать. Чужие мужские руки исчезли с моего тела и лица. Бесстрашно пошла навстречу тому, кто бежал ко мне и пнула его ногой в грудь. Выхватила пистолет и выстрелила в ушлепка, который решил, что стоять на голове Колчина очень удобно.

— Не стрелять в неё! — закричал чей-то голос, когда в меня нацелились другие пистолеты. — Она нужна живой!

— А вот вы мне, пидоры, не нужны вообще, — произнесла я спокойно и прицелилась во второго, который застегивал на сопротивляющемся Мише наручники и вжимал в его спину колено.

Едва я успела сделать задуманное, как в затылок ударило тупой болью. Ноги ослабли, руки онемели, и я рухнула на землю, успев лишь заметить, как глаза Колчина закрылись раньше моих.

Глава 22. Луна

Чутьё еще никогда меня не подводило. Нужно было валить из домика сразу, как оно пробудилось и начало дергать мои нервы.