Я что, сошла с ума?

В его глазах – и боль, и злость, но я пытаюсь подтвердить сказанное и не броситься в его объятия. Как только я оказываюсь рядом с ним, моя сила воли испаряется, а мне нужно контролировать себя. Ну вот, я сама себе противоречу!

Вдруг мою руку пронзает боль, и я с криком подскакиваю:

– О боже! Как же больно! Че-е-е-е-ерт! Че-е-е-е-ерт!

У него вытягивается лицо. Он растерянно смотрит, как из меня изливаются жалостливые стоны и непристойные слова. Я умираю от боли.

– Очень болит?

– Да. Я сейчас выпью болеутоляющее, или не знаю, что со мной будет.

Рука горит, и возвращается невыносимая боль. Мечусь по гостиной как сумасшедшая, но Эрик останавливает меня.

– Сядь, – приказывает он. – Я позвоню другу.

– Какому?"

"– Знакомому врачу, чтобы он осмотрел твою руку.

– Но я уже была в больнице…

– Ну и что? Я буду спокойнее себя чувствовать, если тебя осмотрит Андрес.

Мне так больно, что даже не могу разговаривать. Через двадцать минут звонит домофон. Эрик отвечает, и через минуту заходит мужчина. Они здороваются, и его знакомый с изумлением смотрит на то, во что превратилась моя квартира.

– Джудит занималась генеральной уборкой, – шепчет Эрик.

Они с улыбкой переглядываются. А я, раздраженная невыносимой болью, бормочу:

– Давайте, не смущайтесь. Если вы считаете, что здесь не убрано, я разрешаю прибраться. Вы можете взять веник и швабру.

Мое плохое настроение вызывает у них смех.

Смешно им!

Наконец доктор подходит ко мне.

– Привет, Джудит, меня зовут Андрес Вилья. Давай посмотрим, что у тебя там.

– Я обожглась утюгом, и мне ужасно больно.

Он кивает и берет ножницы.

– Дай руку.

Эрик садится рядом со мной и успокаивающе поглаживает меня по спине. Врач аккуратно разрезает повязку, осматривает ее, берет какой-то раствор и наносит на рану. Я вздыхаю от моментального облегчения. Затем он прикладывает пропитанный этой жидкостью компресс и забинтовывает руку.

– Очень больно, да?

Киваю.

Я не плачу, потому что мне стыдно перед ним плакать, и Андрес это замечает. Эрик тоже.

– Я сделаю тебе укол с обезболивающим. Это подействует быстрее, чем таблетка. Но предупреждаю, что такие раны весьма неприятны.

Я беспрекословно его слушаюсь.

Пусть колет что угодно, лишь бы поскорее прошла эта адская боль.

Пока он делает укол, я рассматриваю его. Он заговорщически мне подмигивает. Ему около тридцати лет, высокий смуглый брюнет с приятной улыбкой. Достает визитку и протягивает мне.

– Можешь звонить по любому поводу и в любое время.

Я читаю: «Доктор Андрес Вилья» и номер мобильного телефона. Глупо киваю головой и кладу визитку на кухонную полку.

– Хорошо, я так и сделаю.