Она одинока и ищет любви; у меня в голове неразбериха, брак за плечами, измена, смерть дочери и помешательство на ее убийце. Оля вчера мягко намекнула, что была бы не прочь помочь мне разобраться во всем… Не нужно ей мараться о мою жизнь.

Я привстаю на локтях, подбираю с пола боксеры.

— Оль.

Она вскидывает руку.

— Избавь и меня и себя от этого, ладно?

— От чего?

— От того, что ты собираешься наговорить.

Шатенка находит свои вещи, прячет за узким зеленым платьем завораживающую наготу и устремляется к выходу. Я нагоняю ее в коридоре. Опираясь о стену, Оля возится с ремешками босоножек на высоком тонком каблуке.

— Ты забыла, — я протягиваю ей сумку.

Старательно избегая зрительного контакта, она выхватывает предмет из моей руки. Отворачивается, взмахивая пышной, слегка растрепанной копной орехово-шоколадного оттенка, и тщетно силится отпереть входную дверь.

— Да что б тебя… — ворчит вполголоса, дергая со всей силы за металлическую ручку."

"Взъерошив короткие волосы на затылке, я приближаюсь к Оле. Она недовольно клацает зубами, когда мне удается справиться с неподдающимся ей механизмом за пару секунд. Плавит правую сторону моего лица затяжным, насуплено-сверлящим взглядом, подбирая прощальную колкость.

— Очевидно, нам следует прекратить общение.

В повисшей паузе безошибочно различаю выжидательный тон: Ольга надеется, что я передумаю, или попытаюсь как-нибудь оправдать проявленную грубость.

— Хорошо.

Ее глаза, на мгновение вспучившись и сверкнув пламенем гнева, превращаются в щелочки.

— Ты показался мне хорошим мужчиной, но первое впечатление вновь было ошибочным, — обиженно выцеживая мысль, Оля наделяет каждое слово максимальной дозой пренебрежения.

Я киваю. Заслужил. Продолжаю держать язык за зубами, не считая необходимым растрачиваться на чепуху по типу: «Ты заслуживаешь лучшего, а я тебя не достоин». Это известно без лишнего напоминания.

Я не хочу отношений. Во мне — по крайней мере, на данном жизненном этапе — недостаточно сил и мотивации для создания новой ячейки общества. Львиная доля энергии уходит на поддержание существования в одном темпе и поиск ответов на вопросы, оставленные Артемом Литвиновым в своем последнем послании мне. И Оле незачем выгоревшее подобие партнера в виде меня. Я до сих пор думаю о Варе и вспоминаю, каким замечательным был наш брак… До Ксюши и моей измены. Пока не переболею разваленными собственными руками отношениями длиною в два десятилетия, не вижу смысла начинать что-то другое. Решил, вот, отвлечься. К чему это привело? К тому, что я козел, хотя никаких поводов считать мои намерения серьезными Оле не давал.

Она заходит в лифт, шмыгнув носом, и исчезает за соединившимися матово-серыми створками.