– Эх, надо было видео снять! – прошептал Юра, а Лера кивнула:

– И не говори!

Прямо на полу стояла маленькая живая ёлочка, увитая светящейся гирляндой, а рядом лежал красный мешок с подарком – радиоуправляемым вертолетом, о котором Федя давно мечтал. На елке и мешке таяли остатки снега. Окно было приоткрыто, а с подоконника к елке вела дорожка из рыхлого снега, на которой четко отпечатался ребристый след огромного ботинка. И пол, и подоконник были усыпаны елочными иголками и блестками. Федор был потрясен, бабушки и дед поддержали его восторги, а Юра обнял жену и поцеловал в щеку, а потом в губы – очень быстро и словно нечаянно:

– Ты молодец. Так классно придумала.

Счастливого Федю через некоторое время отправили спать, а взрослые еще долго разбирали подарки и веселились. Лера подарила мужу очередной итальянский галстук – невероятно дорогой, хотя и простой с виду. Его подарок Лера разворачивала с некоторым трепетом, сама не понимая, чего боится: это оказалась тонкая золотая цепочка красивого плетения с прицепленным бриллиантовым сердечком.

– Как красиво! – невольно воскликнула Лера и слегка покраснела. – Спасибо.

И тут же отвернулась, наткнувшись на страдальческий взгляд мужа. Внешне спокойная, она сильно нервничала, потому что течение жизни неумолимо и неизбежно несло ее к примирению с мужем и… в его объятия. Проводив родителей до такси, она не вернулась к застолью, а зашла к сыну, который, конечно, вовсе не спал, а читал «Хоббита», только что подаренного отцом.

– Медвежонок, куда это годится? Давно спать пора.

– Еще только две странички!

– Давай я тебе почитаю, а ты постарайся заснуть.

Лера отобрала у сына книжку, села рядом и тихо начала читать: «Бильбо никогда не забыть, как они скользили и скатывались в сумерках по крутой извилистой тропе вниз, в укромную долину Ривенделл. Делалось все теплее, сосновый дух подействовал на Бильбо усыпляюще, он поминутно клевал носом, чуть не падая с пони, и несколько раз ткнулся носом ему в холку. По мере того как они спускались, настроение у них подымалось. Сосны сменились буками и дубами, потемки убаюкивали…»

Лера очнулась и, шипя от боли, сползла с кровати сына на пол – свело ногу от неудобной позы. Надо же, заснула! Сколько, интересно, времени? В квартире было тихо, только доносилось неясное бормотание телевизора. С трудом поднявшись, Лера поплелась в ванную, потом на кухню, посмотрела на часы – ого, половина четвертого! В кухне было чисто и прибрано, даже посуда вымыта. Она задумчиво взяла мандаринку, повертела в руках… Вздохнула и пошла в спальню, где обнаружился ее муж, дремлющий на полу перед включенным телевизором. Он свил под елкой гнездо из диванных подушек и пледов, поставив рядом бутылку Hennessy – подарок шефа.