Никто не должен знать, по какой причине член семьи Юсуповых там находится. Пусть ее охраняют круглосуточно. Даже в туалет ей не положено заходить одной, ясно? Пусть кровь у нее там сразу возьмут и привезут мне по этому адресу, — показываю ему телефон с геолокацией лаборатории, где уже договорился об экспертизе крови с рубашки.

— Будет сделано, — кивает подчиненный, на себе прочувствовав мой буйный нрав. — Психиатра подыскивать?

Его вопрос застал врасплох. Видимо, удивление слишком сильно было написано на моем лице, раз он отступил, опасаясь очередной вспышки моего гнева.

— Поясни, — нахмурился, не нравились мне с некоторых пор сюрпризы.

— По словам охраны, госпожа Наиля всю ночь смеялась и бормотала, взывала к мертвым. Мои парни не рискнули зайти, подумали, что шайтан в нее вселился. Только старая Фаина осмелилась и сидела возле постели до утра по приказу госпожи Ясмины.

Эти слова как удар под дых.

— О чем ты говоришь? Они виделись?! Я же приказал не допускать встречи женщин! — рычу, вне себя от гнева и ярости.

— Госпожа Ясмина сама изъявила желание войти в комнату вашей первой жены. Охрана не рискнула препятствовать, зная, как вы к ней относитесь.

Выдыхаю сквозь зубы, чувствуя, как всё выходит из-под контроля.

— Иди и не спускай глаз с Наили, пока она не уедет в больницу!

Он кивает и уходит выполнять приказ. Я же смотрю вслед и злюсь на самого себя. Черт! Это моя вина. Сам ведь не учел, что Ясмина захочет поговорить с подругой после того, как та пыталась нанести ей серьезный вред. Избавиться от соперницы самым отвратительным способом.

Смотрю на дом, в котором прожил много лет с нелюбимой опостылевшей женой. Сожгу его в тот же день, когда получу развод!

Глава 19

Ясмина

Тагир ушел, и я осталась в его спальне одна.

Обуреваемая раздирающими на части эмоциями. Обхватила себя руками и еще полчаса бездумно смотрела в окно, не решаясь подойти ближе. Казалось, весь мир через прозрачное стекло увидит мою слабость и боль. Когда время шло, а облегчение так и не наступало, я привстала и решила умыться. Пришлось осторожно выглянуть в коридор, но там, к счастью, никого не оказалось. Как и в комнате, которую временно мне выделили по настоянию Юсупова.

Принимаю душ, чувствуя, как капли воды, стекающие по телу, казалось, смывают слабость и тоску.

Вот только незаживающие раны стереть они неспособны. Не решаюсь посмотреть в зеркало, не глядя обтираюсь и надеваю домашнее платье. Ворох вещей, лежавший на кровати, волшебным образом исчез, но это последнее, что меня сейчас волновало."

"Снова и снова вспоминаю всё произошедшее вчера, мелко дрожу, не в силах согреться даже под теплым одеялом, которым пришлось укрыться. Холод сковал до самого нутра, проморозил насквозь и не отпускает.