— Позовите управляющего отелем, — говорит Асадов. — Здесь вообще есть управляющий?— Есть, — отвечает ему Марьяша, и он с удивлением опускает глаза вниз.— А ты ее знаешь?— Это наша мама, — говорит Маргоша.Артем присаживается перед девочками на корточки. Милаша протягивает ему Марселя.— Хотите погладить?Асадов рассеянно протягивает руку, но вовремя спохватывается.— Так где же ваша мама?«Заболела, на карантине. Нет, в больнице. А лучше в коме. Нет, в тюрьме»…Он не должен меня видеть, иначе сразу узнает.И узнает, что у него есть три дочки.

"Три звезды" миллиардера. Отель для новобрачных

— Милаш, не вертись, а то получится криво, — говорю дочери, пока завязываю у нее на поясе пышный бант цвета сливочного мороженого.

У всех троих девочек одинаковые платья и ободки для волос. Ободки украшены цветами и ленточками.

— Вы похожи на сладкие карамельки! — говорю детям.

— Карамельки цветные, мамочка. Мы зефирки! — поправляет меня Миланка.

— У меня вот тут торчит, — показывает моя младшенькая, Марьяша, на выбившийся локон, и я беру расческу.

— Готово! — откладываю расческу и расправляю на платьице воланы.

— Мы красивые, мамочка? — спрашивает моя старшенькая, Маргаритка, стоя перед зеркалом.

— Очень! Вы у меня как куколки! — обнимаю дочку так, чтобы не растрепать аккуратно уложенные локоны, и целую в носик.

— А меня? — Миланка обнимает за шею, собираясь по привычке влезть на колени, но вовремя останавливается, чтобы не измять воздушное платье.

— И тебя, — чмокаю и ее в нос.

Они сегодня снова «цветочные» девочки, и мы целое утро посвящаем прическам и нарядам. Меньше просто не получается.

В другие дни, когда я тороплюсь, прошу помочь кого-нибудь из персонала, но сегодня у меня свободное утро. И я рада, что могу провести его со своими детьми.

Марьяша протискивается между сестрами и тоже подставляет мордашку. Все правильно, три носика, три поцелуя, как обычно.

Только бы они снова не начали спрашивать, на кого они похожи. В прошлый раз у меня получилось вовремя переключить их внимание на белочку, выскочившую на аллею парка.

Сейчас под рукой подходящей белочки нет, есть только толстый, отъевшийся Марсель. Но вряд ли он способен кого-то отвлечь. За все это время этот ленивый комок шерсти даже не пошевелился. Съел утреннюю порцию и спит в кресле, свернувшись клубком и накрыв лапой нос.

Это все новый повар Андреас. Это он спросил у моих девочек, в кого они такие блондинистые. А откуда мне знать, в кого? Ладно у них глаза голубые. У их отца, Артема Асадова, они темно-синие, может и у девчонок потемнеют.

Но волосы у Артема темные, у меня тоже. А все мои три девочки светленькие как одуванчики.

Сказать детям «я не знаю» не поворачивается язык.