Сейчас я скажу Хадсону, и все устроится наилучшим образом. Когда твое послание попадет к адресату, я пришлю тебе записку. Постарайся не волноваться. – Она обняла Луизу. – Все образуется, обещаю тебе. – Она еще раз улыбнулась сестре и отправилась в вестибюль на поиски дворецкого.

Они старательно избегали друг друга. За два следующих дня Шарлотта и Диринг не сказали друг другу ни слова. Она старалась убедить себя, что их отношения почти не отличаются от тех, что были между ними до поцелуев, когда она проводила время в музыкальной комнате, а ее муж – в своем кабинете, но чувство потери сопровождало ее постоянно.

Раньше она как-то справлялась, упорно занимаясь музыкой. Самым трудным был вечер, когда солнце скрывалось за горизонтом, слуги расходились по своим комнатам и весь дом погружался в тишину. Не слышалось шагов горничных и звона тарелок. С пунктуальностью часового механизма ее муж исчезал в кабинете, и их странное сосуществование продолжалось.

Тогда она не задавала вопросов. Да и зачем? Нельзя сказать, что он не пускал ее в свой кабинет. Хотя обычно дверь была заперта, при большом желании она могла выбрать время, войти туда и осмотреть все, что ее интересовало.

Даже интересно, почему она никогда не переступала порог его личной территории? Что ее удерживало по другую сторону двери? Страх выговора или некая прирожденная застенчивость? Шарлотта зажмурилась, но тут же открыла глаза. У нее не было настроения играть на фортепиано – слишком сильно отвлекли растревоженные эмоции и воспоминания. Страсть. Искушение. Ей удалось лишь краешком глаза заглянуть в возможное будущее. Жаль. Она и Диринг только начали путь к счастью, и их пути снова разошлись.

Хуже того. Она и для сестры пока еще ничего не сделала, разрываясь между преданностью Луизе и страхом уничтожить хрупкое доверие между ней и мужем. В общем, Шарлотта не спала всю ночь, у нее пропал аппетит, и она попросила принести ей легкую закуску в комнату. Она не знала, знал ли Диринг о ее отсутствии за обеденным столом, или его тоже там не было.

Утром при свете нового дня она решилась разобраться с делами сестры. Пусть и пребывая в смятении, Шарлотта надела накидку с капюшоном, попрощалась с Хадсоном в вестибюле и ушла из Диринг-Хауса пешком.

На углу она остановила экипаж – в точности так же, как Луиза, направляясь на тайную встречу с любовником, и назвала кучеру адрес. Если ей повезет, уже к вечеру это затруднение, равно как и некоторые другие, будет улажено."

"Нужный ей дом, как выяснилось, был расположен в лучшей части Мейфэра. Луиза всегда увлекалась дорогими кружевными украшениями и затейливыми шляпками. Очевидно, любовников она тоже предпочитала дорогих.