А мальчик продолжал, слегка заикаясь в волнении от повышенного к нему внимания:"

"— Мне тогда было лет тринадцать, я закончил тренировку и гулял по саду. В беседке собрались принцессы, оставив свои туфельки у входа, а её, — он ткнул в меня пальцем, — в свои игры не принимали. Так она наловила ящериц и подкладывала принцессам в туфельки.

— Не ящериц, а жаб, ящерицы больно прыткие, — ляпнула я совершенно непроизвольно, и застыла в испуге с широко раскрытыми глазами.

— Откуда я это знаю? — спросила ошарашенно окружающих.

Я не могла этого знать. Этого не может быть! Я Светлана Андреева, из самого обыкновенного русского города, из двадцать первого века. У меня брат Ванька на семь лет меня моложе, мама и папа геологи…

Так откуда в моей голове такая отчётливая картина: маленькие изящные туфельки разных цветов и оттенков и торчащие из них головы земноводных, а потом визг и крики, и всеобщая беготня.

Всё это вообще не укладывалось в моём сознании.

ГЛАВА 5

— Ты начинаешь вспоминать! — радостно дёрнул меня за рукав Стир. — Значит, память скоро вернётся.

— А? — только и смогла я выдавить, пребывая, мягко говоря, в шоковом состоянии.

«Какая память? Куда вернётся? Это не моя память! Это не мои воспоминания!»- возопила мысленно, но вслух мудро не проронила ни слова. Только испуганно косилась на мальчишку, а он, как будто получив одобрение, продолжил дальше, улыбаясь во все тридцать два.

— Она меньше всех была, да ещё и языка нашего не знала, вот принцессы и отказывались с ней играть, дразнили. Но эта упрямая такая, не давала им проходу. Какие только пакости не устраивала. Я специально за ней наблюдал, смеялся много.

— И пропускал тренировки, — покачал осуждающе головой Стир, указывая на рану.

Паренёк виновато потупился, но потом вновь что-то вспомнив, с энтузиазмом принялся рассказывать:

— Однажды она натёрла камни купальни воском, и принцессы поскользнувшись, посыпались в воду, как ягоды, а эта сидела в отдалении и хихикала. Столько проблем она им создавала.

Его болтовня явно приносила удовольствие окружающим, все заулыбались, разглядывая меня с интересом.

И только принц был всё так же холоден, у него должно быть вместо сердца льдинка.

— Она и сейчас нисколько не изменилась, — проговорил он зло и резко развернувшись, направился к выходу.

До чего ж неприятный тип. Наверное, расстроился, что не удалось меня казнить. Точно, под маской принца — маньяк убийца.

И так мне обидно стало за ту маленькую проказницу, что этот ирод не оценил её веселья, как за родную.

Хоть это была и не я, будь я на месте той девочки, поступала бы точно так же со своими обидчицами.

Это сходство наших характеров настолько ошеломило, что я встряхнулась мысленно, запретив себе об этом даже думать.