Только теперь мы с тобой можем разговаривать."

"Ага, совсем-совсем ничего! Страшно вспомнить, что я ему наболтала за время нашего знакомства! И о себе, и о Лане… и какими словами выражалась, рассказывая о ненавистных дяде и свинтусе Ру. Во дворце, при леди Фрейм, ответственной за мое воспитание, я вела себя как должно. Но откуда же мне было знать, что во сне, с конем не стоит употреблять тех словечек, что я нахваталась на кухне или в конюшне, куда удирала всякий раз, как выдавалась возможность? Просто иногда становилось так одиноко, так хотелось, чтобы хоть кто-то обнял, погладил по голове… пусть это не мама и папа, а всего лишь наша кухарка тетушка Мэрион. Результатом моих эскапад стал не совсем традиционный для благородных девиц лексикон, который я и не пыталась скрывать, беседуя с единорогом. Вот что он теперь обо мне думает?

Синие глаза улыбнулись. Ну да, конечно, смешно. Повеселился… ну, ты у меня еще дождешься!

Обида сменилась злостью, злость — мыслями о страшной мести.

Парень, глядя на смену эмоций на моем лице, хихикнул.

— Ну вот теперь ты похожа на себя. И не надейся, кирасу я не ношу!

— Для тебя я придумаю что-нибудь особенное, — огрызнулась я. — Кто ты такой?

— Зови меня Тиану. Мое полное имя длиной в лигу, [1] я сам его с трудом выговариваю, — улыбнулся блондин. — А как тебя зовут, я знаю. Ты — Бель.

Вообще-то, мое имя — Кибела. Точнее, это одно из моих имен. Полностью меня зовут Астер Кибела тер Калариан, принцесса Драконьей Империи, Хранительница Путей Равновесия и Западных Пределов. Но все обращаются ко мне «принцесса Астер», а Лана зовет Ки. Бель меня называл только отец. Вспомнила и снова почувствовала, как к глазам подступают слезы.

— Не плачь, — огорчился Тиану. — Я не хотел тебя так расстраивать. Я надеялся, что еще год или больше можно будет просто быть рядом, помочь тебе стать сильной и крепкой.

Кстати, после того как мне стали сниться сны, дворцовые лестницы в сотни ступеней длиной перестали быть для меня проблемой. Я могла ласточкой взлететь на надвратную башню, куда вело двести истертых крутых ступеней. А Лана говорила, что девичество мне на пользу и что я расцвела, как весенняя роза, такой у меня на щеках нежный румянец.

Парень грустно вздохнул и заговорил снова.

— Но то, что ты рассказала… Похоже, времени на игры больше нет, и пора начинать учиться. Я знал твоего отца — лорда Сирила — и дал ему слово позаботиться о тебе.

Гм-м… в каком нежном возрасте он встречался с папой? Обязательно потом расспрошу. А сейчас…

— Знаешь, пока ты рассказываешь, дай-ка доплету косички. Это тоже урок, и мне нужно потренироваться, — покосилась на него я. — Повернись, пожалуйста.