Тиану бросил на меня ответный взгляд из-под длиннющих темно-золотых ресниц и, перекинув ногу через бревно, сел ко мне спиной. Ну все, сейчас я ему сплету — корзинку для селедок на хитрой блондинистой башке! И это будет только начало! Скосив глаза, заметила растущую у коленки синь-траву. Если незаметно вплести травинки в тугие косички, вредный хмырь получит очень интересный психоделический цвет волос.

Итак, он будет меня учить? Интересно, чему? И еще — мне теперь придется спать одетой? — раздумывала я, разделяя светлые волосы на тонюсенькие пряди и прикидывая, как бы половчее их запутать.

Похоже, я заговорила вслух. Ухо Тиану порозовело. Все-таки, что б он ни говорил, я для него не только ребенок. Будем знать. Пользоваться. И бить! Я еще не отомщена!

— Бель, ты сама рассказывала, что тебя учат только дамским штучкам — вышиванию, танцам.

Я скривилась. Вышивание я люто ненавидела. Зато танцы обожала.

— А твоя кровь требует совсем другого. Ты рождена править. И должна уметь и знать то, что положено уметь и знать монархам. Тем более что твоя страна необычна. Тебе надо научиться защищать себя, сражаться, овладеть, насколько возможно, человеческой магией и магией драконов, подвластной твоей крови. Кроме того, принцесса обязана уверенно разбираться в экономике, политике, истории. Сама видишь — программа нешуточная. А у нас меньше четырех лет. С учетом того, что заниматься мы можем только по ночам, это очень мало. Сможешь ли ты днем повторять для закрепления навыков хотя бы часть ночных уроков?

— Тиану? А ты — настоящий? То есть ты существуешь где-то в действительности? — Я хищно вытянула руку, прикидывая, как бы ловчее ущипнуть блондина, чтобы проверить — заорет или нет?

— Бель, прекрати хулиганить! Да, я настоящий, и я существую.

— Тогда, может быть, ты мог бы приехать в Ларран и стать моим учителем в реальности? — задумалась я.

— Угу. Побрившись налысо и приклеив синюю бороду и десяток бородавок, — кисло усмехнулся парень. — Я знаю, как выгляжу… А твой дядя — лорд Регент — не кажется дураком. Он в жизни не допустит такого, как я, к юной девице, которую собирается выдать за своего сына. Вот только не округляй глаза и не говори, что ты этого еще не поняла! Это ж очевидно!"

"Сказанное Ти мягко опустилось оглушающей дубиной мне на голову. Кусочки мозаики встали на свое место. Нежелание дяди учить меня чему-нибудь существенному, его двусмысленные улыбочки, неуклюжие комплименты, которые пытался отвешивать мне двадцатидвухлетний Роуэн… Пару месяцев назад кузен даже пытался начать дарить мне цветы, но я сказала, что не люблю букеты. И заявила, что мне по нраву горшки с живыми растениями, которые цвели бы в комнате, напоминая о дарителе. Интеллектом Ру не блистал, а потому купился.