Умудренные же в хитросплетениях и правилах большой политики прекрасно понимали, у каждого тирана должна быть своя слабость. Даже абсолютному злодею надо периодически быть с кем-то или в чем-то «розовым и пушистым». Кто-то отводил душу в окружении высокородных скакунов, у кого-то была тяга к возведению монументальных, величественных дворцов, которые можно передать потомкам, кто-то увлекался филателией или флористикой… Мунир Ибн-Фил боготворил свою жену."

"Прошло более двух лет с тех пор, как прекрасная Карла Сфорца озарила Таиф своим появлением. Ее влияние росло пропорционально любви мужа. А с ней- росли и амбиции, желание снова блистать, снова светиться в громких заголовках. Она жаждала все того же внимания, что имела будучи популярной моделью, поэтому с такой охотой откликнулась на очередное предложение парижского «Лога» выпустить эксклюзивный материал о своей персоне. Каким же горьким и обидным было разочарование, когда вместо согласованного и одобренного текста журналюга выпустил своего рода отзыв — впечатление о визите в страну «загадочного диктатора»… И та роль, какую писака отвел ей… «Постельная игрушка правителя, девочка для утех»… Как можно было теперь жить?!

Через неделю весь регион обсуждал новость о том, что приехавший в Таиф в сезон весеннего цветения роз журналист французского журнала был найден с перерезанным горлом в одной из сточных канав парижского Сан-Дени (прим. — неблагополучный район Парижа, населенный преимущественно эмигрантами из Африки и Ближнего Востока). Все гадали, что же послужило триггером для жесткой расправы правителя Таифа с горе-журналистом- в его причастности никто даже не сомневался. Озвученные в статье оскорбления или все же то, что тот пытался флиртовать с молодой правительницей и слишком смело, дерзко и открыто на нее смотрел… Мало кто тогда знал, что амбициозная и разбалованная вниманием мужа Карла так сильно разнервничалась из-за вышедшей публикации, что потеряла их первенца.

Потом были другие попытки зачать малыша… Год, второй, третий… Аллах тому свидетель, была бы жена менее дорога сердцу эмира, он бы, не задумываясь, оставил ее, но…

Тем долгожданнее для них была новость о ее очередной беременности… На этот раз Карла предпочла скрывать свое счастье от всего мира. Выносила и родила в строжайшем секрете. За родами последовало тихое, спокойное материнство, тоже вдалеке от внимания прессы и общественности. Правитель Таифа был счастлив. И даже факт того, что у них родилась девочка, не омрачил Муниру Ибн-Филу, не имевшему до брака с Карлой детей, радость отцовства.