И тут площадь словно взорвалась:

– Смерть Аристократу!

– Смерть предателю!

Острые увесистые камни тучей полетели в царя Аристократа. Аристократ кричал, заслоняя руками голову, умолял пощадить его. Но камни летели всё яростней. Летели до тех пор, пока Аристократ не упал и не умолк навеки.

Аркадяне с омерзением вытащили из города тело царя-предателя и выбросили со своей аркадской земли. Они даже хоронить его не стали.

В Аркадии есть гора Ликей. Аркадяне называли ее Олимпом и Священной Вершиной. Они верили, что на этой горе нимфы выкормили Зевса. Здесь стоял храм Зевса Ликейского. В округе этого храма аркадяне поставили мраморную колонну. И на ней написали:

Время нашло правду против неправедного царя,С Зевсом легко нашло предателя Мессены,Трудно укрыться от бога мужу клятвопреступному.Радуйся, царь Зевс, и храни Аркадию!После того как замыслы Аристомена завладеть Спартой были раскрыты, один из мессенских военачальников, муж сестры Аристомена, Эвергетид, собрал отряд в пятьдесят человек и пошел на Эйру.

Спартанцы грабили Эйру. Они везли и тащили в Спарту мессенское добро: хлеб, оливки, масло, вино… Занимали мессенские жилища."

"Эвергетид со своим отрядом явился на Эйру. И тут спартанцы поплатились за свое бесчеловечное торжество. Много грабителей осталось лежать на ограбленной ими земле.

Но и сам Эвергетид не вернулся из этого похода. В битве за родину отдал он свою жизнь.

Так окончилась Вторая Мессенская война. Эта война длилась почти семнадцать лет.

Скитания

От мессенского побережья отошли печальные корабли. Последние жители Мессении покидали родину.

Корабли эти снарядил сам Аристомен. Мессенцы отправлялись на поиски свободных, еще никем не занятых земель, чтобы там поселиться.

Звали с собой и Аристомена:

– Пойдем с нами! Будь нашим вождем!

Но Аристомен не согласился покинуть Пелопоннес:

– Пока я жив, буду воевать со Спартой. Я еще немало бед придумаю для них. А вождями вашими пусть будет Горг, мой сын, и сын Феокла, доблестный военачальник Мантикл.

Так мессенцы ушли из Мессении. Ушли все, кто мог. Остались только те, кого спартанцы взяли в плен в последней битве при Эйре. Остались те, кто не успел прийти на корабли. Остались старые, немощные, которым не под силу было преодолеть трудных дорог изгнания. И все, кто остался, потеряли свободу: спартанцы сделали их своими илотами.

Зиму изгнанники провели на элейском побережье, в небольшом селении Киллена. Здесь, в тихой бухте, они поставили на якорь свои корабли.

Элейцы, сочувствуя мессенцам, кормили их, снабжали всем, что было им необходимо.

Ближе к весне утихли зимние морские бури, и голубой залив, словно открытая дорога в широкий мир, засиял перед ними. Мессенцы стали думать и решать, куда им направиться дальше.