Главным источником права были королевские законы, суть которых сводилась к нескольким положениям. Все феодалы подчиняются королю в первую очередь и только потом — друг другу, следуя веками складывающейся структуре, в которой черт ногу мог бы сломать. Единственное, что я четко поняла: выше Сорина в этой иерархии был только король. Также каждый феодал был на своей земле царем и богом, обладающим полномочиями законодательного, исполнительного и судебного органа.

Сорин своими обязанностями в основном пренебрегал и предоставлял людям и драконам, живущим на его землях, справляться со своими проблемами самостоятельно.

— Его светлость — один из достойнейших драконов, которых я знаю, — горячо говорил Вириан, как будто я собиралась с ним спорить, — ты просто нигде не была и многого не знаешь. Не знаешь, как обращаются с людьми те, кто вправду считает нас вторым сортом. — Он сжал в кулаки полные ладони, его обычно белые щеки покраснели. Даже его очки в солнечном свете блестели гневно. — Я был единственным человеком в университете, единственным! Это был скандал. Если бы не поручительство герцога де Драго, мне не позволили бы учиться. Потому что я не дракон. Если это порядок, установленный Огненным, то я не желаю такого бога.

Он дерзко взглянул на меня, и я пожала плечами. Если он ожидал, что я ужаснусь и попрошу его не говорить глупостей, то он явно не на ту напал.

Во-первых, я была против дискриминации во всех формах, и не только потому, что это нехорошо, но и потому, что это непрактично и довольно глупо. Во-вторых, за время пребывания в этом мире я успела хлебнуть достаточно шовинистического к себе отношения. В том числе и от Сорина.

— И все-таки он заставил тебя работать в должности секретаря, — упрямо заметила я.

Неожиданно Вириан засмеялся.

— Ты правда думаешь, что у меня были другие варианты? Очнись, Кэтэлина, я же человек. Максимум, что я бы мог без покровительства герцога, — стать старостой в родной деревне, а так… — Он посмотрел на заваленный бумагами и книгами стол. — Давай вернемся к работе.

Пожав плечами, я кивнула.

И все-таки сосредоточиться было сложно.

— Сорин считает, что человек никогда не будет равен дракону, — тихо сказала я, и Вириан не нашелся с тем, что ответить — только ниже склонился над бумагами и демонстративно заскрипел пером.

Выбросить Сорина из головы не получалось, и не только потому, что работали мы сейчас в его библиотеке и разбирали документы его семьи. Просто Сорин снился мне вот уже которую ночь. К сожалению, это были не кошмары, в которых я убегала от страшного преследующего меня дракона, и даже не эротические сны, появление которых я могла бы списать на гормоны. Все было намного хуже.