Вспомнилась нежная улыбка Сорина в тот момент, когда он говорил о детях, то, как он в поединке с королем закрыл меня собой. Неприятные моменты тоже вспомнились, но они казались далекими и неважными.

— Ты когда-нибудь влюблялся? — пискнула я, и Сорин дернулся.

Он стоял почти вплотную ко мне, обеими руками упершись в дверь и возможно… возможно, собирался бы меня поцеловать, если бы я его не сбила. По крайней мере, я не могла придумать других причин подходить так близко.

— Да, — ответил он.

— И где она?

Сорин хмыкнул.

— Умерла.

— Она умела печь для тебя печенье? — уколола я.

Почему-то захотелось сделать Сорину больно.

— Она хорошо умела делать все, за что бралась, — помолчав, он добавил: — Иди и скажи горничной, что мне нужен свежий комплект одежды. И пожалуйста, проси Аллегру о тебе заботится. Я не слишком в этом хорош.

Отстраняясь, Сорин провел кончиками пальцев по моему плечу, и по телу пробежала толпа мурашек.

Глава 26"

"После того происшествия в кабинете я почти неделю не видела Сорина. Боялась, стеснялась — черт знает, почему я решила отложить коварные планы по соблазнению дракона на неопределенный срок. Может, мне просто не хотела видеть в глазах Сорина скуку и пренебрежение, не хотела опять слышать «обратись к Аллегре».

Я не учла, насколько сильно это будет меня ранить. Глупо, конечно. Стоило взять себя в руки и идти к своей цели, как всегда. Но вместо этого я проводила время в библиотеке с Вирианом, пытаясь применить все то, что я знаю о юриспруденции, на существующие в этом мире условия.

Это напитывало меня силой, привычной уверенностью, давало ощущение опоры даже сейчас, когда опереться мне было фактически не на что и время работало против меня.

Я цеплялась за возможность заниматься любимым и привычным делом, как за соломинку, вгрызалась в убористые буквы, которыми были исписаны архивные документы, расшифровывала сложные обороты законов и до головной боли размышляла над тем, что еще полезного могу сделать.

Местная правовая система, если это можно так назвать, была устроена и просто, и сложно одновременно. Ее основой была строгая иерархия. Территория королевства Эрида, занимающего весь материк («единственного в своем роде», как пояснил Вириан), делилась на герцогства, графства, баронства, вольные города, деревни и еще более мелкие поселения. Титулами и сколько-нибудь важными должностями могли обладать только драконы, а люди должны были «с благодарностью принимать их власть» (произнося это, Вириан поморщился). Особняком стояли кочевые племена кале, которые переходили из одной части королевства в другую и не признавали никаких правил: там люди и драконы жили вперемешку, как равные (Вириан говорил об этом с явным одобрением).