— И почему же его светлость тогда не торопится носить «сосуд, который поможет прийти в мир новому дракону» на руках и выполнять все его капризы?

Уголок рта Аллегры дернулся, глаза прищурились.

— Вире следует знать свое место. С этого дня ты не принадлежишь себе — с этого дня и до рождения ребенка твое тело принадлежит роду де Драго. Тебе следует проводить дни в смиренном уединении, молиться Огненному и все силы направлять на то, чтобы выносить и родить здорового наследника. Этого зверя, — она посмотрела на кошку, — также следует выбросить на улицу.

Вот уж нет!

— К чему такие правила? — Я свесила ноги с высоченной кровати, чтобы встать.

— С моей беременностью что-то не то?

— Не вставай!

— Почему? — я замерла.

Конечно, я знала, что бывают такие случаи, когда женщинам во время беременности врачи рекомендуют лежать. Но ведь для этого должны быть какие-то показания? Я прислушалась к себе: чувствовала я себя отлично. И была голодна.

— Тебе следует побольше лежать, чтобы не навредить наследнику де Драго. Вставать без крайней необходимости не положено.

— А если я поесть захочу? — Я прищурилась.

— Или в дамскую комнату?

— Если ты захочешь поесть, я с удовольствием принесу тебе одно из разрешенных блюд: кашу без соли, мясо, немного свиного жира, овощи. Раз в неделю вам разрешено съесть один фрукт. В дамскую комнату вам стоит ходить только в моем сопровождении.

— А мыться? — серьезно спросила я у нее.

На несколько секунд Аллегра задумалась.

— Горячая вода может повредить ребенку. От прохладной — ты можешь простудиться. — Она помолчала, а затем вынесла вердикт: — Я рекомендую обтирание теплой тканью не чаще раза в неделю!

Не пойти ли вам на х… хорошую какую-нибудь встречу, а не сидеть здесь со мной.

— Благодарю, — с достоинством ответила я. — Вы уволены.

Я встала, прислушалась к себе. Что бы там ни говорила эта суровая повитуха, вреда ребенку (если я действительно была беременна) причинить не хотелось. Но голова не кружилась, живот не болел, по телу разливалась сила. Хотелось погулять на улице, съесть тарелку чего-нибудь шоколадного и очень-очень сладкого, осмотреть дом Сорина и…

С удивлением я поняла, что его самого мне тоже хочется увидеть. Как-то глупо.

Мы встретились всего несколько дней назад и с тех пор не расставались. Не то чтобы с моей стороны это было добровольное решение, но я привыкла к его присутствию. С ним мне было спокойно, а еще не то чтобы хорошо, но очень остро. Я чувствовала себя живой, а все вокруг казалось очень ярким, очень настоящим."

"Впрочем, встреча с Сорином удачно совпала с моим попаданием в другой мир, так что, возможно, я просто романтизирую опасную для жизни ситуацию и того, кто стал ее причиной. Какой это там синдром? Забыла.