И ты бы видел, какой сказочный теремок она сделала их Тихоновской халупы. Короче, всё она умеет и мозги у неё есть. А если опять её захочешь под кого-нибудь подложить, то со следующим побегом помогу ей я. И хрен ты её тогда найдёшь.

— А ты… — Лёва пригрозил мне пальцем, но сделал это с улыбкой. — … я тебя услышал. Услышал, — кивал он сам себе.

— Матвей, — услышал я шепот и повернул голову туда, где из-за машины вышла Ассоль.

Батя её тоже повернул голову на звук её шагов и невозмутимо посмотрел на дочь.

— А что не спим? — с нарочитой строгостью вопросил он.

— А вы почему… тут? — Солянка явно не была готова увидеть нечто подобное. Ещё немного и ущипнет себя, чтобы убедиться, что это не сон и глюки.

— Пьём, дочка. А мы тут просто пьём, — с тяжелым вздохом Лёва поднялся с табуретки и, придерживаясь за капот машины подошёл к Ассоль.

Я на всякий случай тоже встал и приготовился к неожиданным поворотам событий.

Лёва дошёл до дочки и, положив ладонь на её затылок, прижал опешившую Ассоль к своей груди. Обнял её двумя руками и шумно вдохнул запах её влажных волос, собранных в пучок на макушке.

— Больше так не делай, поняла? — сказал он так, будто…

Он там плачет, что ли?

— Не поняла. Ты меня сегодня, вообще-то, ударил, — Солянка, как маленькая, надули щеки, не спеша обнимать отца в ответ.

— Да я же испугался за тебя, дура! Ты посмотри, как у тебя батя похудел. А Петьке я уже отказал. Какая, к чёрту, свадьба, когда у меня дочь неизвестно где и неизвестно жива ли?

— То есть мне больше не нужно идти замуж за того, за кого ты захочешь?

— Сама себе жениха выберешь. Я не стану мешать.

Господи! Святой отец, ты ли это?!

— И за Матвея замуж разрешишь выйти?

— Нет, — тут же, не раздумывая, ответил Лёва.

Я тихо хохотнул, Ассоль застенчиво улыбнулась уголками губ.

— Пошли спать, дочка. Папа устал.

— Пойдём, я провожу тебя, — Ассоль перехватила отца, став для него опорой и повела его к выходу из гаража. — А с Матвеем что? Ты так и оставишь его в гараже?

— Пусть пиздует, куда хочет, — раздраженно махнул Лёва рукой и снова чмокнул дочку в волосы.

— Папа, ты воняешь…

Ассоль увела батя в дом, а мы с Ржавым пока вышли из гаража, у которого уже не было охраны. Полной грудью вдохнули предрассветный воздух, глядя на светлеющий горизонт.

Глава 49"

"Я кое-как довела папу до его комнаты. Выслушала кучу «комплиментов» о том, что я натворила, и как ему тяжело далось всё это.

— Сам виноват, — заключила я, уже просто уронив папу на его постель. Дальше сам разберется. Пусть хоть поперёк кровати спит, хоть частично на ней, частично на полу.

— Могла же просто сказать, что не хочешь, — причмокнул папа губами, уже засыпая.

— Ага. Так бы ты меня и послушал.