Вместо него меня накрыла горячая волна гнева, который с трудом сдержала. Я сжала челюсти, опустила взгляд...

«Я – леди. Идеальная, воспитанная и сдержанная. Как мама», — сказала сама себе, и эти слова неожиданно успокоили меня. Я смогла равнодушно ответить:

— Вы грубиян, сэр.

— А ты, — понизил голос дракон, чьи темно-карие глаза вдруг вспыхнули настоящей злостью, — клоунесса!

— По-вашему мнению, тогда все леди крепости клоунессы?

— Я про тебя говорю.

От такой нескрываемой наглости я все же не сдержалась и со всей силы наступила Брену на ногу. Каблуком своей изящной танцевальной туфельки. Хотя мы не танцевали, а просто стояли напротив друг друга.

— Ах, это случайно! — «мило» улыбнулась я. — Я такая неловкая.

Брен Илис сначала чуть не задохнулся от возмущения, потом поджал губы.

— Война? — сквозь зубы процедил он.

Но я обманула его ожидания.

— Ни в коем случае, сэр. Я обещала папе вас больше не бить, ведь вы такой нежный дракончик, стонете от простого щипка. Я буду танцевать с вами, буду вежливой и милой.

— Ты только что наступила мне на ногу. Это вежливо, по-твоему? Или забыла уже?! — вдруг взорвался Илис.

— Ах, но это же была случайность. Меня притянуло к вам... — я нахмурила лоб, вспоминая нужное словосочетание, — будто магнитом!

Эту фразу я тоже подслушала. Она была такая приторная. И, на мой взгляд, очень удачная. Брена Илиса от нее ужасно перекосило.

— Возможно вам лучше танцевать с учителем, сэр? Я вас только раздражаю, — «робко» проговорила я.

— Вы прекрасно вальсировали сегодня, сэр, мисс! — вдруг некстати подошел к нам сэр Гросс. — Жду вас обоих завтра в этом же зале, в это же время.

— Слышала, Келли? Приходи завтра. Только веди себя нормально.

Я пришла на следующий день. И приходила ещё долго. Испытывая железное терпение младшего Илиса. Поведение свое я не меняла. Наоборот, с каждым разом у меня все лучше получалось стрелять глазками, хлопать ресничками, заикаться от волнения и случайно оттаптывать ноги Брена.

Пока однажды он не сдался:

— Келлия, на самом деле мне нужна нормальная партнерша, а не жеманная кривляка. Ещё я надеялся, что мы подружимся. Чего ты хочешь?

Глава 2.

/Брен Илис/

Я искоса поглядывал, как Кел с аппетитом уплетает хлеб с мясом, накручивает на палец прядь каштановых волос, выбившуюся из толстой и лохматой косы, и размышляет о чем-то своем.

Аппетит у моей человеческой подруги всегда был отменный, голод же превращал её в злую фурию.

Когда Келлия о чем-то задумывалась, её лицо становилось удивительно одухотворенным, а радужка глаз меняла цвет с медово-коричневого, напоминающего гладкий отшлифованный янтарь, на красновато-медный.

Я любил наблюдать за Кел в такие моменты.