Вы смогли снять помолвочное родовое кольцо Илисов, — сдержанно отозвалась леди Престон. — Ранее это считалось невозможным. Значит, пока ваша связь нестабильна.

Немного поколебавшись, леди Престон добавила:

— Согласно недавнему публичному признанию императора, дракон должен полюбить свою избранницу, лишь после этого Магия мира позволяет проявиться истинности.

— Полюбить?!

У меня перехватило дыхание  от неожиданности, а краска стала заливать лицо, шею и, наверное, перешла даже на плечи, — я почувствовала, что вся горю от смущения.

— В своей пограничной крепости вы совсем ничего не знаете. Мой племянник явно неравнодушен к вам, мисс Оринис, поэтому у него и проявилась драконья магия. Но...

— Но? — прошептала я.

— Истинная связь между драконом и человеком закрепляется в два этапа. Первый — ментальный. Второй — физический. Если вы не ответите Брену взаимностью, истинная связь не закрепится.

— И что... тогда... случится?

— Пока прецедентов не было. Это никому неизвестно.

Из кабинета леди Престон я сразу направилась в сад. Там меня ждали Алфи и Брен, приехавшие в пансион, чтобы забрать меня домой на каникулы.

Поскольку погода стояла хорошая, леди Престон предложила молодым людям подождать меня не в закрытом душном помещении, а прогуляться по тропинкам прекрасного сада.

Все ученицы и учительницы пансиона знали, что своим садом директриса очень гордилась, — в нем росли редкие деревья со всей Ритании. Ухаживали за ними специально обученные садовницы."

"Ноги я переставляла с трудом, поскольку Алфи ждала с нетерпением, а вот приезд Брена стал для меня полной неожиданностью и, наверное, все же неприятным сюрпризом. Я совершенно не понимала, как вести себя с ним, что говорить и, вообще, осознала, что боюсь его. В голове все ещё звучал вкрадчивый голос леди Диланы:

— Мисс Оринис, я очень не хочу, чтобы подобный прецедент случился именно между вами и Бреном. Надеюсь на ваше благоразумие и симпатию к моему племяннику.

Симпатию...

Благоразумие...

Как только я вспоминала тот последний день, когда мы виделись с Бреном, и его рычащие слова о том, что меня нужно спрятать в пансионе...

Как только в памяти возникали искаженные черты его лица, больше напоминающие звериные, чем человеческие, его вертикальные  потемневшие зрачки ...

А следом, как по команде, оживали картинки из прошлого о том, как Брен обучал меня стрельбе из лука и самообороне с кинжалами... Вернее, как два года дурил мне голову...

Так сразу и благоразумие, и симпатия мгновенно испарялись. Я вновь чувствовала себя доверчивой дурочкой, которую обманули.

***

По дороге в сад я встретила свою соседку по комнате Нарию Эстон. Яркая, черноглазая южанка шла мне навстречу.