Может, и не такой запретный?

И я не хочу больше ни о чём задумываться, ни о чём сожалеть, ни в чём раскаиваться.

Глеб подхватил меня на руки и понёс прочь из кабинета, где осталась его боль и непоколебимость. Почувствовала, как опускаюсь на мягкую поверхность. Я знаю, что он принёс меня в свою спальню, но ни малейшего возражения по данному поводу у меня нет. Если бы при первой встрече кто-нибудь мне сказал, что агрессивный и строгий Глеб Викторович на деле вне работы окажется таким нежным, трепетным, чувственным и внимательным мужчиной, я бы со свистом покрутила пальцем у виска.

"

"А сейчас всё происходит будто в нереальном сне. Солнцев медленно, словно нарочно подвергая меня сладкой изощренной пытке, стягивает мою одежду, опуская её на пол около кровати, не переставая покрывать ласковыми поцелуями мои плечи, шею и руки. Кожа в местах его мимолетных касаний горит огнём. Его прерывистое горячее дыхание только добавляет накал страстям. Его пальцы зарылись в мои волосы, ощутимо сжимая у основания и пропуская белокурую длину между своих пальцев. Его глаза прикрыты, как будто он с невероятным удовольствием наслаждается каждым прикосновением ко мне.

Сердце замирает, душу щемит какое-то ранее неизведанное чувство светлой радости. Его руки уже неистово шарят по моему телу, а я упиваюсь теми незнакомыми чувствами, которые испытываю рядом с ним.

Когда он на пару секунд отстранился, чтобы в нетерпеливом порыве стянуть свою одежду, мне вдруг показалось, что вокруг стало холодно и темно. Пусть говорят, что угодно: что Солнце очень опасное светило и крайне агрессивный объект, который сжигает всё на своём пути, что его жар опаляет, а лучи – ослепляют, мой Солнцев остаётся для меня самым ласковым и нежным.

Он согревает меня своим теплом, не позволяя замерзнуть и окончательно окочуриться от любых болезненных ударов судьбы, да и сам противостоит им с не меньшей уверенностью, силой и твёрдостью…

Глава 16

… Сдержать очередной громкий стон, который мужчина у меня вырвал своей чувственностью и сексуальной несдержанностью, выше моих возможностей. Но тут же звук потонул в сладком прикосновении, когда Солнцев настойчиво перехватил мои губы и заглушил короткий последний всхлип от заключительных уверенных, ритмичных толчков.

Мне кажется, сил, кроме как на три минуты сходить в душ, больше ни на что не осталось. Хочется, чтобы этот момент никогда не заканчивался, потому что в мужском тихом, искреннем, доверительном шёпоте можно раствориться полностью, без остатка.

– Юля… – Глеб оставляет горящую дорожку на моей шее и уверенно двигает вниз. – Юля… Ты такая нежная. Страстная. У меня просто крышу срывает, когда я к тебе прикасаюсь.