Отец отобрал у него управление компанией, ужаснувшись не только его поступком, но и тем, как плохо у него на самом деле идут в фирме дела. После чего отдал ее Киру.

Рома же остался работать в компании, правда его понизили в должности до среднего менеджерского звена. Для него это был сильный удар. Поступить в полное подчинений Кирилла, плюс такое унижение в глазах его сотрудников.

Он был бы и рад уйти на другую работу, вот только в их довольно узком сегменте все друг друга знают. А потому слух о том, что он практически развалил компанию, разлетелся быстро. И это здорово уменьшило его шансы найти какую-то другую работу в данной сфере.

Отец практически перестал с ним разговаривать, запретив ему появляться на пороге его дома. Правда потом все же отменил запрет, когда появилась Анюта. Мама была мягче, но тоже здорово осерчала на сына.

Свекровь потом попросила у меня прощения, ведь она поддалась на Ромины уловки и думала про меня плохо.

Роме же, хоть он тоже попросил у всех прощения, думаю, нескоро удастся вновь вернуть такие же хорошие отношения со своей семьей, как были раньше.

После того, как Юля вручила ему Анюту, Кир отправил Рому в отпуск по уходу за ребенком. Принудительно.

Рома поначалу бесился невероятно, но постепенно втянулся, осознал всю ответственность, что теперь на нем, и здорово прикипел к дочке.

Причем настолько, что теперь души в ней не чаял. И за глаза мы называли его «сумасшедший папашка».

Один раз, когда мы встретились в загородном доме свекров, он сказал:

— Знаешь, я был такой дурак, когда пытался своего ребенка спихнуть на Кира. Сейчас она — моя самая большая радость в жизни. Я тогда этого не понимал. Воспринимал ребенка как помеху. Но тогда это было нечто абстрактное. Просто слова. Когда же Юлька мне ее оставила и ушла, я стоял с дочкой на руках, смотрел на нее и меня наполнял ужас от того, что теперь моя жизнь разрушена. Но потом Анюта открыла глаза, посмотрела на меня, схватила за палец и улыбнулась. И все. Все изменилось, понимаешь?

Я очень рада, что Рома понял это. Думаю, что пропасть между ним и Киром, образовавшаяся после всей этой истории, не исчезнет никогда. Кир никогда больше не станет доверять Роме, даже если простит. И близки они уже никогда не станут.

Но все же Рома всегда будет часть его семьи. А я надеюсь, что со временем муж простит его. Не для Ромы надеюсь, а для Кира.

После всей этой истории Кир здорово изменился. Стал мягче, начал интересоваться моим мнением и говорить о своих чувствах."

"Я вернулась к нему и у нас был второй медовый месяц, наполненный чувственностью, страстью и нежностью. Время только для нас двоих.

После нашего воссоединения, когда страсти немного улеглись, я уговорила Кирилла заключить-таки сделку с арабами.