– А это что у вас за конструкция? – прозвучал неподалеку грозный мужской голос. – Оборудование танковых окопов? Как я вижу, такое усложнение штатного окопа не спасло танки!

Соколов повернулся на голос и тут же вытянулся по стойке «смирно». Рядом с подбитым танком стояла группа командиров. Все они были в солдатских плащ-палатках и касках, чтобы не привлекать внимание возможных фашистских наблюдателей.

Лейтенант узнал подполковника Борисенко из штаба дивизии, полковника Разумова из инженерного управления 40-й армии. С ними, судя по звездам в петлицах, были два незнакомых генерала. Тот, что говорил внушительным басом, смотрел сейчас на молодого лейтенанта серыми холодными глазами из-под мохнатых густых бровей.

– Лейтенант Соколов, – представился Алексей, вскинув руку к пилотке. – Командир ударной группы, приданной дивизии для захвата и обороны моста через Дон. Личный состав занят разборкой подбитых танков, годных для эксплуатации.

– Хорошо придумали, товарищ лейтенант, – кивнул генерал, бросив взгляд на конструкцию из бревен, шестов и маскировочной сетки. – И работать можно, и с того берега не видно. Продолжайте!

Командиры отошли к соседнему танку и стали обсуждать переправу. Борисенко во всех красках расписал, какие потери несла дивизия на переправе. Немцы ожесточенно обстреливали и понтонную переправу, которая просуществовала всего несколько часов, и переправу, сделанную из настила на лодках, замаскированную ветками деревьев. Восстановить мост не представлялось возможным. Фактически снабжение плацдарма было под угрозой."

"– Нужно какое-то решение, товарищи! – подытожил генерал. – Мы не можем допустить потери плацдарма. Он нуждается в постоянном подкреплении. Ваша дивизия несет большие потери, нужна передышка, дивизию нужно сменить, вывести на отдых и для пополнения. Без надежной переправы ротацию не провести. Мы не можем вывести одни части, а потом сразу же ввести другие. Все нужно делать по строгому плану с точностью до нескольких часов, иначе немцы засекут движение в полосе обороны.

– Выход один, товарищ генерал, – заговорил Борисенко. – За ночь насыпать грунт, создать перешеек, по которому пройдут люди и машины, можно будет перетащить и орудия.

– Технически это выполнимо? – оживился генерал. – Вы сможете найти в городе нужное количество машин?

– Так точно. Сейчас мы можем использовать десять 3,5-тонных «ЯС-1».

– Какой объем грунта в кузове самосвала?

– Пять кубометров, товарищ генерал. Есть два трактора с ножами бульдозерного типа.

– Этого делать нельзя, – вдруг раздался голос.

– Что? – Генерал повернулся и удивленно уставился на танкиста с сержантскими петлицами, вытиравшего ветошью руки.