Дыхание сбилось, едва я увидела Морвейна-старшего при параде, и вдруг остро захотелось тот самый платочек, прикрыть плечи и грудь. И чепчик заодно, чтобы надвинуть на самый лоб и опустить голову, пряча выдающий с головой румянец. Вместо этого одеревеневшая спина не дала ссутулиться, превратившийся в стальной стержень позвоночник не позволил голове наклониться. Так и застыла я статуей, пока мои глаза скользили по широкоплечей фигуре с тонкой талией, отмечая, как Эрсанну идет ореховый цвет, как хорошо на нем сидит пиджак. Под ним — жилет и белоснежная рубашка, сложный узел галстука украшала крупная булавка с большим камнем коньячного цвета.

Брюки со стрелками, ботинки начищены, волосы уложены. Настоящий аристократ. На пальце левой руки — фамильная печатка с сапфиром. Красавец, прямо вот бери и… пользуйся. От собственных мыслей ахнула про себя и отвесила мощного подзатыльника, хотя лицо удалось сохранить непроницаемым.

Между тем, Эрсанн точно так же рассматривал меня, только совершенно не скрывал, как ему нравится увиденное — об этом говорил и блеск, появившийся в темно-голубых глазах, и то, как он медленно, с явным удовольствием улыбнулся.

— Ммм, отлично, так и думал, — взгляд министра магии остановился в районе моего декольте. — Очень… приятное зрелище, — мягкий голос царапнул натянутые нервы, я едва не подскочила, поперхнувшись вдохом. — Подойди, Яна.

Только тут заметила, что Эрсанн держал в руке коробочку, и насторожилась еще больше. Хватит с меня подарков. И так неуютно чувствую себя за заколки и гребень. Попытаемся отказаться?

— Милорд… — начала я, но закончить не успела.

— Ян-н-на-а-а-а, — протянул Морвейн-старший, сузив опасно блеснувшие глаза.

И пальцем поманил. Сердце упало в обморок и сказало, что отказывается работать в таких условиях, коленки пришлось уговаривать не подгибаться. Да что я, как маленькая, в самом деле. Не съест же, и вряд ли набросится прямо тут, в гостиной. Ну а если прикоснется… Переживу. У него гости через двадцать минут, ему идти их встречать уже надо. Подбородок сам поднялся, губы упрямо сжались, и я подошла к Эрсанну, остановилась, глядя поверх его плеча. Высокий, моя макушка доставала ему чуть выше подбородка.

— Повернись.

Опять спиной. Повиновалась, стиснув зубы и сжав кулаки, была бы на загривке шерсть, встала бы дыбом.

А так, только мышцы закаменели, да волосы поднялись на затылке. Прическу, что ли, оценивает?

— Ян, ты действительно не считаешь себя красивой? — вопрос застал врасплох и я, неуверенная, что правильно расслышала, осторожно переспросила.

— Простите… что?

— Ты же красивая, Яна, откуда столько неуверенности в себе и стеснения? — до меня донесся шорох, настороженность возросла, я едва справлялась с желанием обернуться.

Откуда, откуда… Оттуда.