Тихон огляделся, увидел на мостовой пистолет, быстро поднял, взвел курок и выстрелил квартальному надзирателю в ногу.

– Все, месье Терлецкий! Мое терпение лопнуло! Вы уволены!

– Что? – поперхнулся водкой Федор Максимович. Перед ним вражеской армией выстроились рюмочки, которые полковник методично опустошал, укладывая поверженных неприятелей на бочок.

– Что слышали! Вы уволены! Я нанимал переводчика! Переводчика! В соглядатае, телохранителе, а тем более в персте указующем не нуждаюсь! Я – свободный человек! Слышите? Хочу – говорю с императором, не хочу – под пытками не заставите!

– Это еще поглядим! – мрачно пообещал Терлецкий.

– Завтра получите расчет!

– Почему завтра? – удивился пьяный полковник. – Я завтра…

Терлецкий замолчал, с ужасом представив, где может очутиться завтра.

– Сегодня я занят!

– Чем?

– Не ваше дело! – Роос допил шампанское и поставил бокал на столик. – Желаю здравствовать! Денис, не уделите мне пару минут?

Угаров нехотя поднялся. Неужели хочет заместо Терлецкого в переводчики нанять?

Терлецкий жестом поманил лакея и приказал шеренгу повторить. Заказ исполнили, когда вернулся Угаров:

– Чего хотел?

– Спрашивал, как до Лаевских добраться.

– Зачем?

– Ему Сашкина тетушка рандеву назначила.

– И почему бабам этакие жерди нравятся? – Терлецкий печально опрокинул в себя еще пару рюмашек. – Постой-ка! Дядюшка у этой тетушки есть?

– Понятия не имею!

– То есть муж, – пояснил свой вопрос полковник.

– Да. Генерал Лаевский.

– Он здесь?

Угаров кивнул.

– Пойдем, покажешь!

Они вернулись в зрительный зал, и Денис указал на старичка в мундире, игравшего в вист.

– Годится! – крякнул полковник. – Секретная операция по спасению государя начинается! Готов послужить отчизне?

Угаров кивнул.

– Давай догоняй Рооса, проследи, чтоб не заблудился.

– Зачем? – удивился Денис.

– Узнаешь!

Этнограф, возбужденный предстоящим свиданием, всю дорогу что-то рассказывал Денису. Угаров не слушал, занятый своими мыслями."

"Какая опасность может грозить отечеству от встречи Корнелиуса с императором? Наоборот, пусть иностранец воочию увидит величие нашего монарха, задрожит и затрепещет, устыдится своих гнусных идей! Россия сильна, покорить ее невозможно. Поэтому в отчаянном бессилии враги пытаются смутить нас призрачными свободами и равенствами, разложить изнутри. Шиш с маслом, господа хорошие! Не выйдет! Россия – Третий Рим, хранительница истинной веры. Как отцы наши с дедами жили, так и мы будем до скончания века, как-нибудь без демократий ваших обойдемся. А зловредные семена, которые вы в нашу почву тайком суете, придет время, и у вас выкорчуем. Не впервой! Забыли, как мы по Берлину и Парижу маршировали?

Философствование было прервано резким «Тпру!».