Пронзающая, обжигающая вспышка, от которой нет спасения.

Кирилл прижался лбом к моей щеке. Тихо выдохнул.

В этот самый миг мне показалось, что я сделала что-то не так. Сжалась, напряглась, ожидая нелепых и рваных объяснений, но Кирилл не выпускал меня из своих рук. Держал так долго, что я готова была встречать рассвет. Но едва он пошевелился, как сердце совершило кульбит. Дыхание вырвалось из груди, и наши губы вновь встретились. Еще один поцелуй: сладкий, жадный. Еще одни прикосновения, после которых кожа плавилась до костей.

Мы обнимались, упав на постель. Мы дышали и не могли надышаться.

Осторожно снимая одежду, покрывали поцелуями горячую кожу. Я не сразу поняла, как очутилась под ним. Кирилл нависал сверху, лаская шею теплым дыханием. Опустился чуть ниже, дотронулся до упругой груди, сорвав с моих губ тихий вздох.

– Мы не можем, – шепнул Кирилл, лаская губами набухшую горошину соска.

– Что? – ответила я, едва сдержав громкий всхлип. Уж слишком мне было хорошо в его руках.

– Твои родители, – напомнил Кирилл, нависнув надо мной. Из-за темноты, царившей в комнате, я не могла разглядеть его лицо достаточно четко, но знала наперед – он смотрел внимательно в мои глаза.

– В общем, это плохая идея, – хмыкнула в ответ, – трахать дочку хозяев дома.

– Соня! – возмутился Кирилл, – Откуда такие словечки в столь милой голове! Не говори так! Я не трахаю.

– Сомневаюсь, – наигранно фыркнула. – И не отрицай, что не таскаешь с собой всюду презервативы.

Кирилл издал какой-то неопределенный смешок. Перевернувшись, я попыталась выбраться из-под него, но меня не выпустили.

– Не торопись, – прошептал он, продолжая удерживать в своих объятиях.

– Про тот, что был в твоем пиджаке, который ты мне одолжил после ужина.

– Да ладно! – хохотнул Кирилл. – Я уже и не помню, с каких пор он там валяется.

Мои брови резко сместились к переносице.

– Обманщик.

– Честное слово, – невозмутимо отозвался Кирилл. – У меня как бы не то настроение…

– Ты был с девушкой в первый день нашего, так сказать, знакомства.

– От которой я быстренько избавился, потому что рядом с напыщенной девицей у меня разболелись все кости. И голова, – добавил Кирилл, коснувшись моей щеки губами.

– Ой, нет! – фыркнула, играючи оттолкнув Кирилла. Выбралась из его объятий и отползла на край кровати. Но так как это скрипучее изделие было слишком маленьким для двоих, далеко мне уползти не удалось. Кирилл присел рядом, накрывая мои колени ладонями.

– Слушай, Сонь, я сейчас кое-что скажу, только не смейся. Я даже друзьям об этом не рассказывал. А если они узнают, – он замялся, и я готова была поклясться – ладони едва не сжались в кулаки.