Но спазмы продолжали сечь нутро.

– Как узнал, где мы?

– Соседка сообщила.

– Хорошо, что сообщила, – отметила, не меняя тона. И, как ни в чем не бывало, позвала: – Пойдем поешь.

Он согласился. Прошагал за мной в кухню.

И выдал:

– Я ненадолго.

– На сколько? – толкнула я, оборачиваясь.

Сцепившись взглядами, со скрежетом потянули друг из друга какую-то сажу.

– До вечера.

Вот он… настоящий удар.

В сердце.

Как клин.

– П-почему только до вечера?

Теории вспыхивали и множились. Но ни одна не достигла финальной стадии дозревания.

Чернов их все разбил.

– Мне три дня дали. Добираться – сутки с лихуем. Ночью не уеду – хер успею в срок.

Я сжала зубы в попытке выдержать рванувшую под дых волну жгучей боли.

А вот мама, вмешавшись, разошлась.

– Да где же это видано?! Что за начальство?! Три дня, как подачку, сунули! Ни тебе отоспаться, ни отъесться, ни с женой намиловаться! Приехал, как на похороны! Ну, это вообще! Беспредел полный! Нет меня в этой их части! Я бы им устроила!!! А заодно и тем, которые лезут через границы! – прогорланила едва ли не на одном дыхании. Потом шумно вздохнула и, сменив градус, скомандовала: – Так, быстро – давайте мне Севушку! Мы гулять пошли, не мешаемся!

Тут я и сорвалась."

"– Ты в себе, нет? – вскричала, оттесняя ее от Чернова. – Оставь ребенка в покое! К нему отец на пару часов приехал! Какие, на хрен, прогулки?! Хоть раз подумай, прежде чем лезть!

– У-у-у, глянь-ка, зятек, как она с матерью разговаривает… Погоны на плечах – уже все, да? Уже можно? Маршал Советского Союза! А про мужа ты подумала?! С таким характером останешься одна!

Я и без того на пределе была, а она еще… попала в самую черную точку.

– Это ты меня учить будешь? Где твои-то все? – выдала, не успев прикусить свой чертов язык.

– Давай, давай… – легко отмахнулась мама. И не осознавая, что творит, добила меня: – Время и правда не резина! Мужик полгода без ласки! Хоть обними нормально! Стыдно за тебя, дочь!

– Мы с Русланом разводимся, – выпалила я, не в силах больше держать в себе переживания. И для твердости припечатала: – Давно решено.

Отвернулась, щелкнула спичками, подожгла конфорку и с гробовым спокойствием опустила сверху кастрюлю.

Глава 71. Нет ничего смелей этих синих глаз в меня

«Мы с Русланом разводимся! Давно решено!»

Всадило по мозгам сто тридцать восьмой раз. Сто тридцать седьмой – я в холодному поту проснулся. Не вынырнул, нет. Вырвался из ебаного ада. Дышал как загнанный зверь. Сердце долбило. Долбило с такой дурью, словно именно этот, мать вашу, сраный раз должен был стать финальным.

Сунул ладонь под подушку. Нащупал фотографию. Чуть смяв угол, выдернул. Перекинулся на спину. Уставился. Тусклого лунного света и слабого мерцания из дежурки хватило, чтобы на прищуре разглядеть все детали. Те самые детали, что я, сука, знал наизусть.