Но Эрионар, похоже, не собирается сдаваться без боя. Его голодный взгляд прожигает меня. Он что, ждет, чтобы я его отпустила?

Но вид у него и правда измученный. Пусть отдохнет.

– Да, Эри, иди, – улыбаюсь. – Я никуда не исчезну.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Дверь закрывается, но даже через нее я чувствую нежелание асура уходить. Мне самой не хочется его отпускать, будто с его уходом и воздух стал холоднее, и подушки не такими удобными…

Почему раньше я этого замечала? Потеряла так много времени, гоняясь за призраками. Столько всего упустила. И почему только сейчас стала думать об этом?

– Эль, – рядом опускается Арейна. – Я хотела поговорить с тобой без Эрионара.

Напоминаю:

– Я хочу увидеть детей.

– Пожалуйста! – она складывает ладони в умоляющем жесте. – Всего пять минут, и я клянусь, что принесу малышей!

Судя по взгляду Арейны, разговор действительно важный. Ладно, лишних пять минут все равно ничего не изменят, а мне полезно поучиться терпению.

– Ты бы села на стул, – ворчу недовольно.

– Нет, мне удобно. Есть кое-что, о чем ты должна узнать…

Глава 30

Такие слова всегда пугали меня. Поэтому внутренне сжимаюсь, когда Арейна подает мне забытый на столике стакан с эликсиром. Затем поднимается и, меряя шагами комнату, начинает рассказывать ужасные вещи.

Вещи, которых я могла избежать…

…будь я немного умнее.

Там, возле Первородного леса, Эрионар вскрыл мой кокон, созданный магией темного феникса, и пробил доспехи, данные мне Рилль’Аргваном. Я осталась беззащитна перед его силой. А он сумел спеленать меня нейтральной магией и отрезать доступ к темной. Едва я лишилась подпитки, как потеряла сознание. А потом впала в состояние, которое на Земле назвали бы летаргическим сном или комой.

Я перестала подавать признаки жизни. Моя кожа стала холодной, мышцы задеревенели, сердце замедлило ритм, но Эрионар не позволил ему окончательно остановиться. Он заставлял его биться, хотя с каждым днем энергии на это требовалось все больше. Я уходила, и он был единственным, кто не желал меня отпускать.

Так продолжалось около месяца.

Все это время он боролся со смертью, пытаясь отвоевать меня. Почти не ел, почти не спал. Стал тенью самого себя. Пока однажды наконец не свалился от магического и физического истощения.

И в тот момент, когда наша связь прервалась, мое сердце остановилось.

Несколько дней Эрионар не приходил в себя. За это время меня признали окончательно мертвой, обрядили, поместили в стазис и уложили в хрустальный гроб рядом с Айрениром.

Что ж, хоть это мне не привиделось.

И вот, когда церемония прощания подошла к концу, а все скорбящие собрались возле склепа, туда вдруг явился Эрионар.

Арейна сказала, что на него было страшно смотреть.